Эдмар думает, что это знак победы Риверрана — он видит там рыбу с длинным хвостом в цветах Талли, красное на голубом. — Кейтилин вздохнула. — Хотела бы я быть столь же уверенной. Темно-красный — цвет Ланнистеров.
— Это не цвет Ланнистеров — и не красный речной ил Талли. Это кровь размазана по небу, дитя.
— Чья кровь — их или наша?
— Разве была когда-нибудь война, где только одна сторона проливала бы кровь? Все земли вокруг Божьего Ока обагрены огнем и кровью. Война дошла на юге до Черноводной, а на севере перекинулась через Трезубец и докатилась почти до Близнецов.
— Вместе с лордом Бериком воюют гвардейцы Неда из Королевской Гавани, — вспомнила Кейтилин. — Да сохранят их боги."
"— Дондаррион и этот красный жрец из его отряда достаточно умны, чтобы сами себя уберечь, если верить байкам о них, — но лорды-знаменосцы твоего отца дело иное.
— Но ведь Дарри совсем еще мальчик, — ужаснулась Кейтилин.
— Да, притом последний в роду. За него дали бы хороший выкуп, но зачем золото такому бешеному псу, как Грегор Клиган? Клянусь, голова этого зверя стала бы достойным подарком для всех жителей нашего королевства.
Кейтилин знала, сколь дурная репутация у сира Грегора, и все же…
— Не говори мне о головах, дядя. Серсея вздела голову Неда на пику над стеной Красного Замка, оставив ее на поживу воронам и мухам. — Даже теперь ей трудно было поверить, что Неда нет на свете.
— И то правда, — согласился сир Бринден. — А Тайвин Ланнистер, скажу я тебе, не дурак.









