Песнь льда и огня. Книги 1-9

Ворон расхаживал взад и вперед по его плечам, бормотал:

— Зерна, зерна, зерна…

Когда Джон вошел, птица вскрикнула.

— Оставь еду на столе, — сказал Старый Медведь, поглядев на него. — И налей пива.

Открыв ставни, Джон достал бутыль с пивом, стоявшую снаружи на подоконнике, и налил в рог. Хоб дал ему лимон, еще холодный после Стены. Джон раздавил плод в руке, сок побежал по его пальцам. Мормонт каждый день пил пиво с лимоном и объявлял, что именно это позволило ему сохранить зубы в целости.

— Вне сомнения, ты любил своего отца, — сказал Мормонт, когда Джон принес ему рог.

 — Нас губит именно то, что мы любим. Помнишь, я уже говорил тебе это?

— Помню, — угрюмо сказал Джон. Он не хотел разговаривать о смерти отца, даже с Мормонтом.

— Постарайся не забыть этих слов. Жестокую истину труднее всего принять. Подай-ка мне тарелку. Опять ветчина? Ладно. Ну и вид у тебя сегодня. Ночная езда-то утомляет.

Горло Джона пересохло.

— Вы знаете?

— Знает, — отозвался ворон с плеч Мормонта. — Знает.

Старый Медведь фыркнул:

— Неужели ты считаешь, что меня выбрали лордом-командующим Ночного Дозора за то, что я туп, как полено? Эйемон сказал мне, что ты уедешь.

Я ответил ему, что ты вернешься. Я знаю своих людей. Честь заставила тебя ступить на Королевский тракт, честь и повернула назад.

— Это сделали мои друзья, — проговорил Джон.

— Разве я сказал — твоя собственная честь? — Мормонт поглядел на тарелку.

— Они убили моего отца, и вы ожидаете, что я буду сидеть здесь?

— Откровенно говоря, мы ожидали, что ты поступишь именно так. — Мормонт взял сливу, выплюнул косточку. — Я приказал следить за тобой. Люди видели, как ты уезжал. Если бы не твои братья, тебя бы перехватили по пути другие — на этот раз не друзья.

Разве что у твоей лошади есть крылья, как у ворона? Или все-таки есть?

— Нет. — Джон ощущал себя круглым дураком.

— Жаль, такая лошадь пригодилась бы нам.

Джон выпрямился. Он сказал себе, что умрет с честью — по крайней мере на это он способен.

— Я знаю, какое наказание положено за дезертирство, милорд. Я не боюсь умереть.

— Умереть! — отозвался ворон.

— Не побоишься и жить, я надеюсь, — проговорил Мормонт, отрезая кинжалом кусок ветчины. Подав мясо птице, он сказал: — Ты еще не дезертировал… пока.

Ты стоишь передо мной. Если бы мы казнили каждого парня, который ночью удирал в Кротовый городок, то на Стене давно уже остались бы одни только призраки. Но ты, наверное, надеешься бежать завтра или через две недели, так? Ты на это надеешься, парень?

Джон молчал.

— Так я и думал. — Мормонт колупнул скорлупу яйца. — Отец твой погиб, парень. Как, по-твоему, можешь ты вернуть его назад?

— Нет, — ответил Джон мрачным голосом.

— Хорошо, — продолжил Мормонт. — Мы с тобой видели, какими возвращаются мертвые.