10
0
— Мать моя утверждает, что королю не подобает бить жену. Сир Меррин!
Рыцарь оказался перед ней, прежде чем она успела что-нибудь сообразить; отбросив руку, которой она пыталась защитить лицо, он ударил ее тыльной стороной руки, облаченной в перчатку.
Санса не помнила, как упала. Но когда очнулась, обнаружила, что стоит на коленях на тростнике.[36] В голове ее звенело. Сир Меррин Трант стоял над ней, кровь обагрила костяшки его белой шелковой перчатки.
— Будешь ты повиноваться или ему придется еще раз наказать тебя?
Ухо Сансы онемело. Она прикоснулась к нему, ощутив пальцами кровь.
— Я… как вам будет угодно, милорд.
— Светлейший государь, — поправил ее Джоффри. — Я жду тебя во дворе. — Он повернулся и вышел.
Сир Меррин и сир Арис последовали за ним, но Сандор Клиган задержался и грубым рывком поднял ее на ноги.
— Избавь себя от хлопот, девица, и дай ему то, что он хочет.
— А что… что он хочет? Пожалуйста, скажи мне!
— Он хочет, чтобы ты улыбалась, чтобы от тебя сладко пахло и чтобы ты была его дамой, — проскрежетал Пес. — Он хочет услышать те милые словечки, которым тебя научила септа.
Когда Пес ушел, Санса опустилась на тростник и глядела на стену до тех пор, пока в опочивальню не заглянули две ее служанки.
— Мне нужна горячая вода для ванны, прошу вас, — сказала она, — духи и пудра, чтобы спрятать синяк. — Правая сторона лица ее распухла и уже начинала болеть, но Санса знала, что Джоффри захочет, чтобы она выглядела красиво.
Горячая вода заставила ее вспомнить о Винтерфелле и тем принесла силу. Она не мылась с того дня, как умер отец, и удивилась тому, какой грязной сделалась вода.
Чтобы желудок не волновался, она выпила бокал сливок со сладким печеньем.
Забрало он снял, и она теперь отлично видела эту кислую физиономию, мешки под глазами, широкий унылый рот, ржавые волосы, тронутые сединой.
— Миледи, — сказал он, отвесив любезный поклон, словно три часа назад ударил ее кто-то другой.
