Если вы хотите, я охотно предоставлю вам перо и бумагу, но когда вы напишете свое послание, я прочту его — а уж доставлю или нет, будет зависеть от его соответствия моим собственным целям.
— Вашим собственным целям… и каковы же они, лорд Варис?
— Мир, — ответил Варис без малейших колебаний. — Если в Королевской Гавани была хоть одна душа, которая отчаянно стремилась сохранить жизнь Роберту Баратеону, так это я. — Он вздохнул. — Пятнадцать лет я защищал короля от врагов, но не сумел защитить от друзей. Кстати, какой странный припадок безумия заставил вас сообщить королеве, что вы узнали правду о происхождении Джоффри?
— Безумство милосердия, — признал Нед.
— Так, — проговорил Варис. — Можно было не сомневаться. Вы честный и почтенный человек, лорд Эддард. Иногда я забываю об этом. Слишком уж редко мне встречались люди, подобные вам. — Он оглядел камеру. — И когда я вижу, что принесли вам доблесть и честь, то понимаю причину.
Нед Старк припал головой к влажному камню и закрыл глаза. Левая нога его пульсировала.
— Насчет королевского вина… Вы допросили Ланселя?
— Конечно. Серсея сама дала ему бурдюки и сказала, что это любимое вино Роберта.
Нед опасался именно этого.
— Боги простят меня!
— Если боги существуют, — проговорил Варис, — а я в этом не сомневаюсь. Королева в любом случае не стала бы долго ждать. Роберт начал выходить из-под ее контроля, и ей нужно было избавиться от него, чтобы освободить себе руки и разделаться с братьями короля.
— Но как… как вы могли узнать об этом?
Варис улыбнулся:
— Я знаю это, — а откуда, вам знать не надо. Кроме того, я знаю, что сегодня утром королева нанесет вам визит.
Нед медленно поднял глаза:
— Почему?
— Серсея боится вас, милорд… однако у нее есть и другие враги, которых она боится еще больше.
— Но Робб почти мальчишка, — удивился Нед.
— Мальчишка, но во главе войска, — сказал Варис. — Бесспорно, он еще мальчишка, как вы сами сказали.









