9
0
Визерис повернул голову на ее голос и наконец заметил сестру.
— А, вот и она! — сказал он с улыбкой. И направился к ней, рассекая воздух, словно освобождая дорогу в стане врагов, хотя никто не пытался остановить его.
— Клинок… убери меч, — попросила она его. — Пожалуйста, Визерис. Это запрещено. Опусти меч и садись на подушки. Пей, ешь. Тебе нужны драконьи яйца? Возьми их, только брось меч.
— Делай, как она говорит тебе, дурак, — закричал сир Джорах. — Иначе они убьют всех нас.
Визерис расхохотался.
— Они не посмеют убить нас. Это им запрещено проливать кровь в священном городе… а не мне. — Он приложил острие меча к груди Дейенерис и провел им по ее животу. — Я хочу получить то, зачем прибыл сюда, — сказал он сестре. — Я хочу корону, и он обещал мне ее. Он купил тебя, но не заплатил. Скажи ему, что я хочу получить то, что мне причитается, или я заберу тебя назад… Тебя и драконьи яйца. А он может взять своего паршивого жеребенка. Я вырежу подлеца и подарю ему.
Меч пронзил шелка и кольнул пупок. Визерис плакал, Дейенерис видела это, он плакал и хохотал одновременно, этот человек, который прежде был ее братом. Вдали, словно где-то в другом мире, Дени слышала рыдания Чхику; она не смела переводить, в страхе перед кхалом, который мог привязать ее к собственному коню и протащить до самой Матери гор. Дени положила руки на плечи девушки и сказала:
— Не бойся, я сама скажу ему.
Дени не знала, хватит ли у нее слов, но когда она договорила, кхал Дрого произнес несколько отрывистых предложений на дотракийском, и она увидела, что он понял ее.
Солнце ее жизни спустился вниз с высокой скамьи.
— Что он сказал? — спросил человек, который был ее братом.
В зале стало так тихо, что она слышала колокольчики в волосах кхала Дрого, мягко певшие при каждом его шаге. Кровные всадники следовали за ним, как три медные тени. Дейенерис похолодела.
— Он говорит, что ты получишь великолепную золотую корону, от которой затрепещет любой человек…
Визерис улыбнулся и опустил свой меч. Это было печальнее всего, эта его улыбка так мучила ее потом.
— Только этого я и хотел, он сам обещал мне!
Когда муж, солнце ее жизни, подошел к ней, Дени обняла его за плечи. Кхал произнес слово, и кровные всадники бросились вперед. Квото схватил человека, который был ее братом за руки, Хагго раздробил ему руку резким поворотом огромных ладоней. Кохолло вырвал меч из обмякших пальцев. Но даже теперь Визерис еще ничего не понял.
— Нет, — закричал он, — вы не смеете прикасаться ко мне, я — дракон, я — дракон, и я получу корону!
Кхал Дрого расстегнул пояс, медальоны его были отлиты из чистого золота, массивного и украшенного, каждый был величиной в руку человека. Кхал выкрикнул приказ.
