7
0
— Сегодня никто из нас не останется голодным, — проговорил Бронн. Он уже напоминал тень: тонкие и жестокие брови, черные глаза, черные волосы и щетинистая борода.
— Не говори обо всех, — сказал Тирион. — Я не люблю конину. А в особенности не люблю есть собственных лошадей.
— Мясо есть мясо. — Бронн пожал плечами. — Дотракийцы любят конину больше, чем говядину или свинину.
— Разве я похож на дотракийца? — кислым голосом спросил Тирион. Дотракийцы и в самом деле ели коней; еще они бросали больных детей свирепым псам, тянувшимся позади кхаласара. Дотракийские обычаи мало привлекали его.
Чигген отрезал тонкую полосу окровавленного мяса от туши и поднял перед ним.
— Хочешь попробовать, карлик?
— Мой брат Джейме подарил мне эту кобылу на двадцать третий день рождения, — проговорил Тирион ровным голосом.
— Тогда передай ему благодарность и от нас… если увидишь когда-нибудь. — Чигген ухмыльнулся и, показав желтые зубы, проглотил сырое мясо в два глотка. — Хорошая лошадка.
— Все равно лучше поджарить с луком, — вставил Бронн.
Не говоря более ни слова, Тирион похромал прочь. Холод глубоко угнездился в его костях, ноги болели так, что он едва мог ходить. Быть может, повезло как раз мертвой кобыле. Его же ожидали долгие часы езды, потом несколько глотков пищи и короткий холодный сон на голой земле. Завтра будет то же самое, и послезавтра, и потом… только боги знают, когда это закончится.
— Проклятие, — пробормотал Тирион, с трудом продвигаясь по дороге, чтобы присоединиться к своим похитителям, и прибавил про себя: «Черт бы побрал и ее, и всех Старков!»
Воспоминание обжигало горечью. Только что он заказывал ужин, и в мгновение ока оказался перед полным залом вооруженных людей. Джик потянулся за мечом, а жирная хозяйка гостиницы завопила:
— Только без мечей, только не здесь, прошу вас, милорды!
Тирион поспешно опустил руку Джика, прежде чем соперники получили повод изрубить их в куски.
— Ты забыл про учтивость, Джик? Наша добрая хозяйка просит обойтись без мечей. Сделаем, как она хочет…
Он изобразил улыбку, понимая, что она окажется неуклюжей.
— Вы совершаете прискорбную ошибку, леди Старк. Я не участвовал ни в каких нападениях на вашего сына. Честью своей…
— Честью Ланнистера, — только и сказала она, поднимая вверх руки. — Шрамы эти оставил кинжал убийцы, которого ты послал, чтобы перерезать горло моему сыну.
Тирион ощутил вокруг себя гнев, густой и дымный, порезы на руках этой женщины прибавили ему силы.
— Убей-ка его, — прошипел из угла какой-то грязный оборванец. Новые голоса присоединились к этому предложению много скорее, чем он ожидал. Еще недавно дружелюбные незнакомцы, теперь они требовали его крови, словно несытые псы.
