7
0
— Сдаюсь! — закричал он.
Сир Аллисер Торне с презрением наблюдал за схваткой.
— Сегодня этот марионеточный фарс чересчур затянулся, — проворчал он и направился прочь. Занятие было закончено.
Дарион помог Халдеру встать. Сын каменщика сорвал шлем и бросил его через двор.
— А мне на мгновение уже показалось, что я наконец достал тебя, Сноу.
— Одно мгновение и мне так казалось, — отвечал Джон. Плечо его пульсировало под броней и кожей от боли. Опустив меч в ножны, Джон попытался снять шлем, но едва он поднял руку, боль заставила его скрипнуть зубами.
— Позволь мне, — сказал чей-то голос. Толстые пальцы отвязали шлем от воротника и заботливо сняли его. — Он ранил тебя?
— Мне не впервой получать синяки. — Тронув плечо, Джон дернулся. Двор вокруг них опустел. Он заметил, что кровь пропитала волосы жирного мальчика под его шлемом, расколотым Халдером.
— Мое имя Сэмвел Тарли, я с Рогова… — Он смолк и облизнул губы. — То есть был с Рогова Холма, пока не приехал сюда. Я решил уйти в черные. Мой отец — лорд Рендилл, знаменосец Тиреллов из Хайгардена. Я был его наследником, только… — Голос его умолк.
— А я Джон Сноу, бастард Неда Старка из Винтерфелла.
Сэмвел Тарли кивнул.
— Я… если хочешь, можешь звать меня Сэмом. Моя мать звала меня так.
— А ты можешь звать его лордом Сноу, — произнес подошедший к ним Пип. — Тебе незачем знать, как мать звала его.
— Эти двое — Гренн и Пипар, — сказал Джон.
— Гренн — это уродливый, — сказал Пип.
Тот нахмурился.
— Твоя рожа уродливее моей! У меня хотя бы уши не как у летучей мыши…
— Благодарю вас всех, — серьезным голосом сказал Сэм.
— Почему ты не встал и не бился? — спросил Гренн.
— Я хотел, но… просто не мог… Я не хотел, чтобы он бил меня. — Сэм поглядел на землю. — Я… боюсь, что я трус. Мой лорд-отец всегда говорил так."
"Гренна словно ударило громом. Даже Пипу нечего было сказать на это, а бывший актер находил нужное слово буквально для всего. Какой человек добровольно назовет себя трусом?
Сэмвел Тарли, должно быть, прочитал мысли по их лицам, глаза его встретили взгляд Джона и метнулись испуганными зверьками.
— Простите… я… — сказал он. — Простите, я не хотел… быть таким. — И тяжелым шагом направился к оружейной.
Джон окликнул его.
— Тебя ранили, — сказал он. — Завтра будет лучше.
Сэм печально оглянулся.
— Нет, лучше не будет, — сказал он, смахнув слезы. — Ничего из меня не получится.
Когда он ушел, Гренн нахмурился.
— Трусов никто не любит, — сказал он неуверенным голосом. — Жаль, что мы ему помогли. Что, если нас примут за трусов?
— Ты слишком глуп, чтобы быть трусом, — сказал ему Пип.
— Неправда! — возмутился Гренн.
— Да что ты? Если на тебя в лесу навалится медведь, у тебя не хватит ума убежать!
— Это я не побегу? — настаивал Гренн.
