5
0
Процессия медленно ползла по длинной кирпичной улице."
"— Дорогу! — БОММ. — Королева! Король! — БОММ. — Расступитесь! — БОММ.
Служанки Дени спорили, кто станет победителем финального поединка. Чхику предпочитала гиганта Гогора, больше похожего на быка, чем на человека, вплоть до бронзового кольца в носу; Ирри заявляла, что цеп Белакуо-Костолома уложит и великана. Что с них взять, они дотракийки. На свадебном пиру Дени гости рубились на аракхах, умирали, пили, совокуплялись. Жизнь и смерть в кхаласарах идут рука об руку — чем больше крови прольется на свадьбе, тем крепче брак. Ее новый брак тоже омоется кровью и будет счастливее некуда.
БОММ, БОММ, БОММ, БОММ, БОММ.
Барабан забил часто и гневно, сир Барристан обнажил меч, процессия застряла между бело-розовой пирамидой Палей и черно-зеленой Накканов.
— Почему мы остановились? — спросила Дени.
Гиздар встал.
— Что-то загораживает дорогу.
Причиной задержки оказался чей-то перевернутый паланкин: один из носильщиков упал в обморок от жары.
— Помогите человеку, — распорядилась Дени. — Уведите его в тень, напоите, дайте поесть. Вид у него такой, будто он голодал неделю.
Сир Барристан беспокойно смотрел вправо-влево. Гискарцы на террасах отвечали ему холодными, недружелюбными взглядами.
— Не нравится мне это, ваше величество. Вдруг западня? Сыны Гарпии…
— …укрощены, — завершил фразу Гиздар зо Лорак. — Зачем им вредить моей королеве, коль скоро она избрала меня своим королем и супругом? Помогите же этому человеку, как приказывает наша драгоценная повелительница. — Улыбаясь, он взял Дени за руку, а Бронзовые Бестии устремились к носильщику.
— Раньше носильщики были рабами, — сказала Дени. — Я освободила их, но носилки от этого легче не стали.
— Верно, но теперь они получают плату за переноску тяжестей. Раньше надсмотрщик спустил бы кнутом шкуру с того, кто упал, а теперь ему помощь оказывают.
Бестия в маске вепря протягивал пострадавшему мех с водой.
— Что ж, видимо, и за малые победы следует быть благодарной.
— Шаг за шагом, а там и на бег перейдем. Будем строить новый Миэрин вместе. — Улицу наконец-то очистили. — Двинемся дальше?
Дени оставалось только кивнуть. Шаг за шагом. Но куда это ее приведет?
Ворота Арены Дазнака были изваяны в виде двух бронзовых воинов — один с мечом, другой с топором. По замыслу скульптора они наносили друг другу смертельный удар, высоко подняв свое оружие.
«Искусство, бьющее наповал», — сказала про себя Дени.
Со своей террасы она постоянно видела бойцовые ямы. Мелкие усеивали лицо Миэрина как оспины, большие напоминали незаживающие язвы, но эту сравнить было не с чем.
