8
0
— Почему я весь провонял уксусом?"
"— Лемора тебя натерла — говорят, будто это помогает от серой хвори. Сомнительно, конечно, но и вреда никакого. Лемора и откачала тебя, а Грифф вытащил. Ты был холодный как лед, губы синие. Яндри хотел бросить тебя обратно, но парень ему не дал.
Принц… Память вернулась разом: каменный человек с серыми потрескавшимися руками, проступившая из костяшек кровь. Тяжелый, как валун, он тянул Тириона вниз.
— Грифф вытащил? — Сильна, должно быть, его ненависть — иначе он дал бы карлику утонуть. — Сколько я так провалялся? Где мы?
— В Селхорисе. — Хелдон достал из рукава ножик и бросил Тириону. — Держи.
Нож воткнулся между ногами карлика в палубу.
— Зачем это? — спросил Тирион, вытаскивая лезвие.
— Сними сапоги и уколи каждый палец по очереди.
— Больно же!
— Надеюсь, что так. Давай.
Тирион стащил сапоги, снял чулки. Пальцы вроде бы выглядели не хуже и не лучше обычного. Он осторожно кольнул большой.
— Сильнее, — велел Полумейстер.
— До крови, что ли?
— Если понадобится.
— Струпья будут, как заживет.
— По-твоему, ты разулся, чтобы их сосчитать? Если больно, значит, все хорошо. Бойся, если ничего не почувствуешь.
Серая хворь. Тирион, кривясь, уколол другой палец и выругался при виде капельки крови.
— Больно. Доволен?
— Впору плясать от радости.
— Ноги у тебя, Йолло, пахнут похуже моих. — К ним подошел Утка с чашкой бульона. — Говорил же Грифф: каменных трогать не надо.
— Он забыл сказать им, чтоб меня не трогали.
— Смотри, не посерела ли кожа на пальцах, не чернеют ли ногти, — наставлял Полумейстер. — Если заметишь что-то такое, не медли. Лучше потерять палец, чем всю ступню, и руку потерять лучше, чем выть всю жизнь на Мосту Мечты. Попробуй другую ногу, а потом займешься пальцами на руках.
Карлик, переложив ноги, стал колоть пальцы другой.
— Может, и хрен кольнуть?
— Это боли не причинит.
— Тебе разве что. Его я согласен отрезать, он все равно мне без надобности.
— Валяй. Сделаем из него чучелко и продадим как амулет. Член карлика имеет волшебную силу.
— Это самое я говорил своим женщинам. — Тирион, кольнув большой палец руки, слизнул выступившую кровь. — Долго мне еще мучиться? Когда мы удостоверимся, что я чист?
— А никогда. Ты полреки выхлебал — может, твои сердце и легкие уже каменеют, и уксус в таком разе тебя не спасет. Иди супу поешь, как закончишь.
Суп был хорош, но Полумейстер все время держался на той стороне стола. «Дева» стояла у пристани на восточном берегу Ройна. С волантинской речной галеи через два причала от них сходили солдаты. Под стеной из песчаника ютились лавки, ларьки, склады, над ней виднелись башни и купола города, красные на закате.
Впрочем, какой это город — так, городишко. И управляют им из Волантиса.
