Песнь льда и огня. Книги 1-9

Умирая, она проклинала не столько насильников, не столько чудовище, истерзавшее ее заживо, сколько сира Квинси Кокса. Когда разбойники вторглись в город, он запер ворота и отсиживался в замке, бросив своих людей на муки и гибель.

— Сир Квинси уже стар, — мягко заметил Мерибальд. — Его сыновья и зятья разъехались или умерли, внуки еще малы, а две дочери живут вместе с ним. Что он мог сделать один против такой напасти?

Он мог бы попытаться, думала Бриенна. Мог бы умереть. Всякий рыцарь, старый или молодой, приносит обет защищать слабых и беззащитных, не щадя своей жизни.

— Мудро сказано, — согласился старший брат. — Когда ты будешь в Солеварнях, сир Квинси, не сомневаюсь, тоже попросит у тебя отпущения. Я рад, что ты здесь и готов его дать. Сам я не нашел в себе сил. — Он отставил деревянную чашу и встал. — Скоро позвонят к ужину. Не хотите ли пойти со мной в септу, друзья, и помолиться за души добрых солеварненских горожан, прежде чем мы сядем за трапезу?

— Охотно, — сказал Мерибальд, а Собака гавкнул."

"Ужин в септрии оказался самой странной, хотя и весьма приятной, трапезой в жизни Бриенны.

Еду им подавали простую, но очень вкусную: свежевыпеченный хлеб, только что сбитое масло, мед со здешней пасеки, густую похлебку из крабов, мидий и не менее чем трех видов рыбы. Мерибальд и сир Хиль, попробовав сваренную братьями медовуху, объявили ее превосходной, но Бриенна и Подрик пили только сидр. Настроение в трапезной царило далеко не унылое. Когда Мерибальд прочел молитву и все уселись вокруг четырех длинных столов, один из братьев заиграл на большой арфе сладкую для слуха мелодию. Затем старший брат дал арфисту позволение отдохнуть и поужинать самому, а брат Нарберт и еще один проктор стали попеременно читать Семиконечную Звезду.

За столом служили послушники — в основном мальчики в возрасте Подрика и еще младше, но среди них встречались и взрослые, в том числе здоровенный могильщик, припадавший на одну ногу. После окончания трапезы старший брат попросил Нарберта проводить сира Хиля и Подрика к месту ночлега.

— Вы, надеюсь, не прочь спать вдвоем в одной келье? Она невелика, но вам там будет удобно.

— Я хочу остаться с сиром, — заявил Подрик, — то есть с миледи.

— То, как вы с леди Бриенной устраиваетесь в других местах, дело ваше и Семерых, — возразил брат Нарберт, — но на Тихом острове мужчина и женщина не спят под одной крышей, если они не муж и жена.

— Для женщин, посещающих септрий, будь то знатные дамы или простые крестьянки, у нас имеются особые домики, — добавил старший брат. — Пользуются ими не часто, однако мы следим, чтобы там было чисто и сухо. Позвольте показать вам дорогу, леди Бриенна.

— Благодарю вас. Ступай с сиром Хилем, Подрик.