Песнь льда и огня. Книги 1-9

 — Чего не сделаешь ради любви… — Лишь по чистой случайности люди Старка нашли девочку раньше меня. Попадись она тогда мне…

Рябины на лице сира Илина при свете факела казались дырами, черными, как душа Джейме. Немой разразился похожими на лай звуками, и Джейме понял, что он смеется.

— Ты небось тоже имел мою сестрицу, рябой ублюдок. Захлопни пасть и убей меня, если сможешь.

Бриенна"

"Септрий стоял на высоком острове в полумиле от берега, где широкий Трезубец вливался в Крабью бухту. Даже отсюда видно было, что островок ухожен на славу. Его покрывали расположенные террасами поля, внизу помещались рыбные садки, наверху — ветряная мельница.

Дующий с моря бриз медленно вращал ее деревянные, обтянутые парусиной крылья. На холме паслись овцы, по мелководью у паромной пристани расхаживали журавли.

— Солеварни вон там, за водой, — сказал септон Мерибальд, показывая на северный берег бухты. — Братья переправят нас туда с утренним приливом, но я страшусь того, что мы там увидим. Надо подкрепиться как следует, чтобы легче это перенести. У братьев лишняя косточка для Собаки всегда найдется. — Собака гавкнул и вильнул хвостом.

Был отлив, и вода быстро отступала назад, оставляя за собой широкие бурые отмели. Лужи на них под лучами послеполуденного солнца сверкали, как золотые монеты. Бриенна почесала комариный укус на затылке. Волосы она заколола вверх, и солнце грело ей шею.

— Почему этот остров называется Тихим? — спросил Подрик.

— Здесь живут кающиеся, искупающие свои грехи путем размышлений, молитв и молчания. Только старшему брату и его прокторам разрешается говорить, да и прокторы разверзают уста лишь однажды в седмицу.

— Молчаливые Сестры не говорят никогда, — заметил Подрик.

 — Я слышал, у них и языков нет.

— Матери унимают дочерей этой байкой с тех пор, как я себя помню, — улыбнулся септон. — Да только неправда это. Обет молчания — дело добровольное. Это жертва, которой мы доказываем нашу любовь к Семерым. Немому дать такой обет все равно что безногому отказаться от танцев. — Он повел осла вниз по склону, дав остальным знак следовать за собой. — Если хотите провести эту ночь под крышей, слезайте с коней. Путь через отмели мы называем «стезею веры». Только верующий может благополучно достигнуть острова.

Злые люди гибнут в зыбучих песках или тонут, когда настает прилив. Вы все, надеюсь, люди хорошие… однако ступать советую с осторожностью. Идите за мной след в след.

Как, однако, извилиста стезя веры, заметила про себя Бриенна. Остров стоял к северо-востоку от них, но септон Мерибальд туда не пошел, а свернул на восток, прямо к мерцающим вдали серебристо-голубым водам бухты. Ноги чмокали, погружаясь в густой бурый ил. Время от времени септон останавливался и щупал дорогу посохом.