20
0— Уксус щипал рану хуже, чем когда-либо прежде. Виктарион отпихнул женщину и стиснул кулак. — Принеси мне вина.
Он пил, сидя в темноте, и думал мрачную думу о своем брате. Будет он считаться братоубийцей, если нанесет удар не своей рукой, или нет? Людей Виктарион не боялся, но проклятие Утонувшего Бога — дело иное. Если кто-то другой убьет его по приказу Виктариона, ляжет ли на лорда-капитана братская кровь? Эйерон Мокроголовый знал бы, как на это ответить, но жрец остался на Железных островах, все еще питая надежду поднять народ против нового короля. Нут-Цирюльник может побрить человека топориком, брошенным с двадцати ярдов.
«Кощунства Эурона навлекут гнев Утонувшего Бога на всех нас, — пророчил на Старом Вике Эйерон. — Мы должны остановить его, брат, — разве не течет в нас кровь Бейлона?»
«В нем она тоже течет, — ответил жрецу Виктарион. — Мне это не больше твоего нравится, но Эурон — наш король. Его выбрало твое вече, и ты сам увенчал его короной из плавника».
«Увенчал, — согласился жрец, с волос которого стекала вода, — но охотно сорву ее у него с головы и возложу на тебя. Только ты достаточно силен, чтобы с ним сразиться».
«Утонувший Бог возвысил его, бог пускай и низложит».
Злобный взгляд, который бросил на него Эйерон, портил воду в колодцах и делал женщин бесплодными.
«Бог тут ни при чем. Известно, что Эурон держит на своем красном корабле злых волшебников. Они навели на нас чары, чтобы мы не слышали голоса моря. Разговоры о драконах опьянили капитанов и королей».
«А рог напугал их до смерти. Ты слышал, как он трубит. Так или иначе, Эурон теперь наш король».
«Только не мой, — заявил жрец. — Утонувший Бог помогает смелым, а не тем, кто прячется от идущего на них шторма под палубой. Если ты не желаешь сбросить Вороньего Глаза с Морского Трона, придется мне взять это на себя».
«Как ты это сделаешь, не имея кораблей и мечей?»
«У меня есть голос, и со мной бог. Со мной сила моря, которой Вороньему Глазу не победить. Волны дробятся о скалу, но продолжают накатывать одна за другой, и в конце концов от скалы остается лишь мелкая галька.
«Ты не в своем уме, если надеешься сместить Вороньего Глаза такими вот разговорами»."
"«Волнами, дробящими камень, станут Железные Люди. Не знатные и могучие, а простые рыбаки и пахари. Капитаны и короли помогли Эурону подняться, но простой народ его свергнет. Я отправлюсь на Большой Вик, на Харло, на Оркмонт, даже на Пайк, и мой голос услышат во всех селениях.
