Песнь льда и огня. Книги 1-9

Мейстера покинули силы, Лилли убита горем и ничего не соображает, но Дареон — брат Ночного Дозора. Не нужно думать о нем плохо — может, он не возвращается потому, что обижен на Сэма. Или лежит зарезанный где-нибудь в переулке, или плавает лицом вниз в одном из каналов. Ночью по городу расхаживают убийцы-брави в разноцветных одеждах, ища работу для своих тонких клинков. Они начинают драку по любому поводу или вовсе без повода, а Дареон вспыльчив и остер на язык, особенно когда выпьет. Однако, хоть он и поет о великих битвах, это еще не делает его воином.

Лучшие в городе гостиницы и питейные заведения располагались вокруг Пурпурной гавани и Лунного пруда, но Дареон предпочитал Мусорную, где на общем языке говорило больше народу.

Сэм начал свои розыски с «Зеленого угря», «Черного лодочника» и «У Морогго», где Дареон уже пел раньше. Там он певца не нашел. У «Дома тумана» дожидались клиентов змеи-лодки. Сэм попытался расспросить лодочников, не видел ли кто певца, одетого в черное, но они не понимали его валирийского — или не хотели понять. Он заглянул в грязный подвальчик под второй аркой моста Наббо, где едва помещались десять человек, но Дареона и там не было. Сэм попытал счастья в «Изгоях», «Семи лампадах», в борделе под названием «Кошкин дом» — там он встретил странные взгляды, но помощи не обрел.

Выходя, он чуть не столкнулся под красным фонарем заведения с двумя молодыми людьми — темноволосым и белокурым. Темный сказал что-то по-браавосски.

— Извините, не понимаю, — ответил Сэм, пятясь от них. В Семи Королевствах знать носит бархат и цветные шелка, а простой народ — бурую домотканую шерсть и холстину. В Браавосе все наоборот. Наемные убийцы щеголяют словно павлины, а знать ходит в сером, лиловом, темно-синем и черном.

— Мой друг Терро говорит, что на тебя смотреть противно, такой ты жирный, — пояснил на общем языке светловолосый в камзоле, сшитом наполовину из зеленого бархата, наполовину из серебряной парчи. — А твой меч так дребезжит, что у моего друга болит голова. — Другой, этот самый Терро, одетый в винно-красный камзол и желтый плащ, добавил что-то на браавосском. — Еще Терро говорит, что ты одет не по званию. Разве ты лорд, чтобы носить черное?

Сэму хотелось убежать, но он боялся запутаться в собственном поясе.

Главное, меч не трогать. Такие, как эти двое, малейшее прикосновение к рукояти воспринимают как вызов. Надо найти какие-то слова, чтобы их успокоить.

— Нет, — только и пришло ему в голову, — не лорд."

"— Конечно, не лорд, — сказал чей-то детский голос. — Он из Ночного Дозора. Из Вестероса. — На свет, толкая перед собой тачку с раковинами, вышла девочка — тощенькая, в больших сапогах, с копной грязных волос. — Там, в «Счастливом порту», есть еще один такой же — он поет для Морячки.