20
0Двое сыновей Горольда Гудбразера подрались и опрокинули стол; Уилл Хамбл проиграл заклад и должен был съесть свой сапог; Ромни Уивер под скрипку Маленького Ленвуда Тауни спел «Кровавую чашу», «Стальной дождь» и другие старые боевые песни; Кварл-Девица и Элдред Кодд сплясали с топориками. Много было смеху, когда один из пальцев Элдреда плюхнулся в чашу Ральфа Хромого.
В общем смехе Виктариону послышались звонкие женские ноты. Он встал и увидел ее у входа — она шептала что-то на ухо Кварлу-Девице, и тот покатывался еще пуще. Он надеялся, что у нее хватит ума не являться сюда, но улыбнулся помимо воли.
— Аша! — крикнул он ей своим капитанским голосом. — Племянница!
Она стала пробираться к нему, стройная и гибкая — в высоких сапогах со следами соли, зеленых шерстяных бриджах, в кожаной, с распущенными шнурками безрукавке поверх стеганого камзола.
— Дядюшка. — Аше, с ее высоким для женщины ростом, все-таки пришлось стать на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку. — Рада видеть тебя на моем вече.
— На твоем? — засмеялся Виктарион. — Да ты никак пьяна, девушка? Садись. Я что-то не заметил у берега твоего «Черного ветра».
— Я причалила у замка Норна Гудбразера и проехала через остров верхом. — Она села на табурет и, не спросясь, взяла себе чашу Нута-Цирюльника. Нут, давно уже упавший хмельной головой на стол, ничего на это не возразил. — Кто теперь держит Ров?
— Ральф Кеннинг. После гибели Молодого Волка нам досаждают одни болотные дьяволы.
— Старки — не единственные северяне. Железный Трон назначил хозяина Дредфорта Хранителем Севера.
— Будешь учить меня военному делу? Я бился с врагами, когда ты еще грудь сосала.
— И терпел поражение. — Аша поднесла чашу к губам.
Виктарион не любил, когда ему напоминали о Светлом острове.
— Каждый должен проиграть битву в юности, чтобы не проиграть войну в старости. Надеюсь, ты не собираешься заявлять о своих правах.
— А если собираюсь, то что? — с дерзкой улыбкой спросила она.
— Здесь многие помнят, как ты плавала нагишом в море и играла в куклы.
— Я и с топорами играла.
— Это верно, — признал он, — но женщине нужен муж, а не трон. Став королем, я найду тебе пару.
— Как ты добр, дядюшка. Подыскать тебе красивую жену, когда я стану королевой?
— Я неудачлив в браке.
— Так давно, что успела заметить: дядя Мокроголовый пробудил тех, кого и не ожидал. Драммы собираются заявить о себе, а Тарл Трижды Тонувший будто бы говорил, что Марон Вольмарк — законный наследник по черной линии.
— Королем должен быть кракен.
— Вороний Глаз — кракен, и старший брат идет впереди младшего. — Но я, — Аша придвинулась ближе, — как родная дочь короля Бейлона иду впереди вас обоих. Выслушай меня, дядюшка…
Договорить ей помешала внезапная тишина.
