— Вряд ли он мог бы стать нашим другом, но его можно не принимать в расчет: он пленник и сидит у Болтонов в Дредфорте.
— Значит, сын у него единственный. — Сир Харис задумался. — Но у покойного были, кажется, еще братья.
Варис знал бы, с раздражением подумала Серсея.
— Я бы не спешила заключать полюбовный союз с этими спрутами. Их очередь придет, когда мы покончим со Станнисом. То, что нам нужно, — это собственный флот.
— Предлагаю построить десять новых боевых кораблей, — сказал Аурин. — Для начала.
— А денег на это где взять? — осведомился Пицель.
Лорд Джайлс воспринял это как сигнал к новому приступу и принялся выкашливать мокроту в свой красный платок.
— У нас нет… — кое-как выговорил он при этом.
Сир Харис, умудрившись разгадать смысл его слов, возразил:
— Доходы казны никогда еще не были столь велики. Сир Киван мне сам говорил.
— Расходы… золотые плащи… — выдавливал из себя лорд Джайлс.
Это Серсея и раньше слышала.
— Наш лорд-казначей хочет сказать, что золотых плащей у нас в избытке, а золота мало. — Вечный кашель Росби начинал ее злить. Гарт Тучный, пожалуй, оказался бы не таким утомительным.
— Мудрое решение, ваше величество, — одобрил Мерривезер. — Такая мера до окончания войны просто необходима.
— Согласен, — молвил сир Харис.
— Ваше величество, — задребезжал Пицель, — вы не знаете, сколько это вызовет осложнений.
— …останется у себя в Браавосе, за морем. Со временем они получат свое золото, мейстер. Ланнистеры всегда платят свои долги.
— У браавосийцев на этот счет есть своя пословица. — Цепь Пицеля, украшенная дорогими камнями, тихонько звякнула. — «Железный банк всегда получит свое».
— Он получит свое, когда будет угодно мне, а до тех пор пусть соблаговолит подождать. Начинайте закладку своих кораблей, лорд Уотерс.
— Охотно, ваше величество.
— Далее… — Сир Харис взял со стола еще какой-то пергамент, — вот письмо, где лорд Фрей обращается с просьбами…
— Сколько еще земель и почестей способен поглотить этот человек? — вознегодовала Серсея.
— Милорды могут не знать, — вставил Квиберн, — но в городских харчевнях и винных подвалах поговаривают, будто трон причастен к преступлению лорда Фрея.
Все прочие смотрели растерянно.
— Это вы про Красную Свадьбу? — спросил Аурин.
— Преступление? — повторил сир Харис.









