5
0Десятки тысяч умерли, включая короля и двух молодых принцев.
— Не забудьте и Сира Бьюфорда Балвера, — сказал Кайл Кот. — Старый Бык зарезал сорок человек на Краснотравном Поле.
— И их число увеличивается с каждым годом, — сказал Сир Мейнард. — Дни Балвера прошли. Посмотрите на него — за шестьдесят, толстый и рыхлый, а его правый глаз считай, что слеп.
— Не утруждайте себя поисками чемпиона в этом зале, — произнёс голос за спиной у Дунка. — Вот он я, сиры. Насладите свой взор.
Дунк повернулся и обнаружил Джона Скрипача стоящего позади него с полуулыбкой на губах. У его белого дублета были даговые, отделанные красным атласом рукава,[17] их кончики свисали ниже колен. Тяжёлая серебряная цепь висела у Скрипача на груди, с вставленными в неё огромными тёмными аметистами, цвет которых сочетался с его глазами. «Эта цепь стоит как всё, что у меня есть».
Щёки сира Глендона раскраснелись от вина, а прыщи пылали.
— Ты кто такой, чтобы так хвастать?
— Меня прозвали Джон Скрипач.
— Ты музыкант или воин?
— Я могу создать сладкую мелодию и копьём и смычком, такое уже случалось. Каждой свадьбе требуется певец, а каждому турниру таинственный рыцарь. Могу я к вам присоединиться? Баттервелл был настолько любезен, что посадил меня на помост, но я предпочитаю компанию моих братьев межевых рыцарей окружению жирных розовых леди и стариков. — Скрипач хлопнул Дунка по плечу. — Будьте хорошим братом и подвиньтесь, Сир Дункан.
Дунк подвинулся.
— Поздновато вы для еды, сир.
— Ерунда. Я знаю, где у Баттервелла кухня. Надеюсь, вино ещё осталось?
Скрипач пах апельсинами и лаймами, с налётом какой-то незнакомой восточной приправы. Может быть, мускатный орех. Дунк не мог сказать определённо. Что он знал о мускатных орехах?
— Ваше хвастовство непристойно, — сказал Сир Глендон Скрипачу.
— Правда? Тогда я должен молить вас о прощении. У меня и в мыслях не было обидеть сына Файрболла.
Это немного сбило боевой настрой юноши.
— Вы знаете кто я?
— Сын своего отца, смею надеяться.
— Смотрите, — сказал Сир Кайл Кот, — свадебный пирог."
"Шесть поварят втолкнули в зал широкий стол на колёсах. Пирог был коричневого цвета необъятный с корочкой, и из него слышались звуки — писки, верещание и глухие удары. Лорд и Леди Баттервелл с мечом в руках, спустились с помоста ему навстречу. Как только они его надрезали, полсотни птиц выпорхнули наружу и заметались по залу. На других свадебных пирах, где доводилось бывать Дунку, пироги были наполнены лишь дикими голубями или певчими пташками, а здесь были голубые сойки и жаворонки, голуби домашние и дикие, пересмешники и соловьи, маленькие коричневые воробьи и большие красные попугаи.
— Один-и-двадцать видов птиц, — заметил Сир Кайл.
