4
0Наш добрый септон долго меня за это журил. — Она посмотрела через ручей на сира Юстаса. — Теперь я уже едва помню Аддама. Это было полжизни назад. Помню только, что любила его, а других не любила.
— Отец похоронил его в ежевичнике вместе с братьями. Аддам любил ежевику.
— Я помню. Мы собирали ее вместе и ели со сливками.
— Король простил старику Дейемона — пора и вам простить ему Аддама.
— Отдайте мне Бенниса, и я подумаю.
— Беннис не моя собственность, чтобы его отдавать.
— Мне не хотелось бы убивать вас, — вздохнула она.
— Мне не хотелось бы умирать.
— Ну так отдайте Бенниса. Мы отрежем ему нос, потом вернем назад, и делу конец.
— Нет, не конец. Остается еще плотина. И пожар. Вы согласны выдать нам поджигателей?
— Там водились светлячки. Может, это они зажгли пожар своими фонариками?
— Довольно шутить, миледи. Время шуток прошло. Снесите плотину и отдайте сиру Юстасу воду в обмен на лес. Это будет честно, не так ли?
— Было бы честно, если б лес подожгла я. Но я этого не делала — я мирно спала в Холодном Рву. Так что же нам помешает переправиться на ту сторону? Вы разбросали среди камней железные шипы? Закопали лучников в пепле? Скажите же — что, по-вашему, нас остановит?
— Я. — Дунк снял перчатку с руки. — На Блошином Конце я был сильнее и выше других мальчиков, поэтому я бил их и все у них отнимал. Мой старый рыцарь сказал мне, что так делать негоже. Это нехорошо, сказал он, а кроме того, у маленьких мальчиков бывают большие старшие братья. Взгляните. — Дунк снял с пальца перстень и подал Роанне.
Она отпустила косу, которую теребила, и взяла кольцо.
— Золото, — определила она, взвесив его на руке. — И печатка золотая, с ониксом. — Ее зеленые глаза сузились. — Откуда это у вас, сир?
— Оно лежало в носке сапога, завернутое в тряпицу. Роанна, зажав перстень в кулаке, бросила взгляд на Эга и сира Юстаса.
— Вы пошли на большой риск, показав его мне. Но какое отношение это имеет к нам? Если я прикажу своим людям переправляться…
— В таком случае мне придется вступить с вами в бой.
— И умереть.
— Очень может быть. Тогда Эг вернется домой и расскажет, что здесь случилось.
— Не расскажет, если тоже умрет.
— Не думаю, что вы способны убить десятилетнего мальчика, — сказал Дунк, надеясь на правоту своих слов. — Во всяком случае, этого мальчика. Вас тут тридцать три человека, как вы сами сказали. Пойдут разговоры — ваш толстяк уж верно молчать не будет. Как бы вы глубоко нас ни закопали, правда выйдет наружу. И тогда… лев, возможно, может умереть, если его укусит паук, но дракон — зверь иного рода.
— Да, с драконом лучше не ссориться. — Роанна примерила перстень, но он даже для большого пальца был слишком велик. — Но Бенниса Бурый Щит я должна получить в любом случае.
— Нет.
