Песнь льда и огня. Книги 1-9

Он любит, когда его молят.

— Милорд, вы знаете, что я действовал по приказу вашей сестры, но его величество этого никогда не поймет…

— Ты хочешь, чтобы я скрыл правду от короля?

— Ради моего отца! Я уеду из города, и все забудется! Клянусь, я покончу…

Тириону трудно было удержаться от смеха.

— Да нет, не стоит.

— Милорд? — растерялся юноша.

— Ты говоришь, мой отец приказал тебе слушаться Серсеи? Вот и слушайся. Будь рядом с ней, не выходи у нее из доверия, доставляй ей удовольствие всякий раз, как она того пожелает. Никто ничего не узнает… пока будешь слушаться и меня тоже.

Я хочу знать, что Серсея делает, куда она ходит, с кем видится, о чем они говорят, какие она строит планы, — все. Ты ведь будешь рассказывать мне об этом, правда?

— Да, милорд, — ответил Лансель не колеблясь. Тириону это понравилось. — Клянусь — я сделаю все, что вы прикажете.

— Встань. — Тирион наполнил второй кубок и дал кузену. — Выпей за наше понимание. Пей — в замке, насколько я знаю, вепрей не водится. — Лансель взял кубок и выпил, как неживой. — Улыбнись же, кузен. Сестра моя — красивая женщина, и ты делаешь это для блага государства.

И с выгодой для себя. Рыцарство — это пустяки. Если будешь умницей, я сделаю тебя лордом. — Тирион качнул своим кубком. — Серсея должна верить в тебя нерушимо. Ступай к ней и скажи, что я прошу у нее прощения. Скажи, что ты меня напугал, что я не хочу с ней ссориться и отныне ничего не сделаю без ее согласия.

— Но как же…

— О, Пицеля я ей отдам.

— Отдадите?

— Я освобожу его завтра, — улыбнулся Тирион. — Я мог бы поклясться, что не тронул даже волоска на его голове, но это было бы не совсем правдиво.

Во всяком случае, он почти не пострадал, хотя не поручусь за его бодрость. Каменные мешки — не слишком здоровое место для человека его лет. Серсея может оставить его при себе вместо собачки или отправить на Стену — мне все равно, лишь бы в совете его не было.

— А сир Джаселин?

— Скажи сестре, что со временем надеешься переманить его от меня. Это должно удовлетворить ее на какой-то срок.

— Как прикажете, — сказал Лансель и допил вино.

— И еще. Короля Роберта больше нет, и было бы нежелательно, если бы его скорбящая вдова вдруг забрюхатела.

— Милорд, я… мы… королева велела, чтобы я… — Уши у парня стали красными, как знамя Ланнистеров. — Я изливаю свою влагу ей на живот, милорд.

— Прелестный животик, не сомневаюсь. Орошай его сколько душе угодно… но смотри, чтобы твоя роса не пролилась мимо. Больше племянников мне не надобно — ясно?

Сир Лансель отвесил испуганный поклон и удалился.

На миг Тирион позволил себе пожалеть его. «Еще один дурачок, и слабенький к тому же, — но он не заслужил того, что я и Серсея с ним проделываем.