5
0"
"Глядя на экран, где в ускоренном режиме транслировалась повседневная жизнь больницы, Ксения вновь погрузилась в атмосферу того вечера. Вот она возвращается из реанимации. Здоровается со сменившимися медсёстрами на посту. Вот пошла на обход, открыла дверь в одну палату, другую. Здесь что-то не понравилось, выговорила санитарке, та побежала за постельным бельем. А там больному поплохело, сделала срочные назначения, выглянула в коридор. Видно, как медсестричка спешит с заряженной стойкой от системы. Вот та самая дверь. Вошла не сразу. Помедлила, собираясь духом. Через пару минут вышла. Лицо напряжённое, губы дрожат… Вытерла слёзы рукой. Почти пробежала мимо поста к себе в ординаторскую. Медсестры сочувственно смотрят вслед и, наклонившись друг к другу о чём-то шушукаются. Вот появился Тихонов. Помахал рукой девочкам на посту, что-то сказал, улыбнулся, вручил им торт. Кивнул в сторону сестринской. Санитарочка с выпечкой ушла туда, видимо, ставить чайник. Алексей открыл дверь ординаторской. Зашёл. Пробыл там несколько минут, вышел. Осмотрелся вокруг. Коридор пуст. Весь персонал в сестринской, пьет чай с подаренным Алексеем тортом. Оглядываясь, идёт в конец коридора. В ту самую палату. Через семь минут выходит и направляется к запасному выходу.
— Стоп, — Роман торжествующе огляделся, — вот и доказательства. Время смерти, надеюсь, совпадает?
— Да. Только надо ещё найти мотив, — проговорила Ксения и поёжилась. Чувство надвигающейся беды черной тучей затягивало душу.
— А что там доказывать? — пожал плечами Роман, — Тебя хотел подставить. Мы будем делать упор на это. А дело с оружием дальше пусть раскручивают ФСБшники. Ищут связь, проверяют окружение, инженера этого погибшего… Нужно просто им идейку аккуратно подкинуть.
— Я бы ещё камеру с вертолётной площадки посмотрела, — задумчиво предложила Ксения, — Она должна быть направлена как раз на главный корпус.
— Хорошая идея, — поддержал Роман.
На второй записи были отчётливо видны два силуэта в открытом окне. Мужчины с зажженными сигаретами стоят и о чём-то разговаривают. Потом один из них толкает другого через подоконник.
— Железобетонные доказательства. Никто теперь Тихонова не отмажет, даже если сильно захочет, — довольно потёр руки Роман, — сядет лет на шесть минимум. Лично позабочусь.
Ксения закусила губу и отвернулась. Её разрывало пополам странное чувство. Было абсурдным сознавать, что она, оказывается, совсем не знала человека, с которым прожила полжизни. Делила еду и постель, воспитывала детей. Неужели любовь делает людей настолько слепыми? За пятнадцать лет супружества Ксения ни разу не услышала каких-либо тревожных звоночков. Думала, что у них всё прекрасно.
