3
0
Увидев меня, Боб оторвался от своей тач-панели и отложил ее в сторону.
— Ты в норме? — спросил он, тоже запаривая что-то у себя в кружке. Как только горячая вода коснулась порошкового содержимого, оттуда пошел едкий запах. Мне он почему-то напомнил больничный коридор, в котором пахнет лекарствами.
— Что это? — я попытался заглянуть к нему в кружку, но тут же отпрянул.
— Питательная смесь! — гордо заявил Боб. — И худеешь, и оздоравливаешься, и еще эта штука как-то с менталкой работает. Память лучше становится, — завершил он свой короткий рассказ таким тоном, словно уже похудел, оздоровился и запомнил всю Википедию.
Любитель трех в одном, блин.
— Смешать тебе? — тут же поинтересовался Роберт.
— И не взбалтывать, — сказал я, хотя чувствовал, что силы мои на исходе. Сыпанул еще пару кусков сахара в свою чашку и сделал большой глоток. — Но лучше не надо.
— Между прочим это, — Боб многозначительно постучал по своей кружке, — гораздо полезнее твоего сахара.
При этом он пошарил по коробкам на кухонной стойке и извлек из одной из них внушительного размера шоколадную плитку.
На этом моменте с ЗОЖем Боба мне все стало окончательно ясно, а то уже было подумал, что слишком долго пропадал в синхронизации. А мир меж тем успел перевернуться с ног на голову.
— Где Эбби?
— Возится с дроидами. Одного вроде завела. А у Толстого Чаппи, похоже, травма несовместимая с жизнью. Но ты же знаешь Эбби. Она не сдается. Думаю, она его вытащит.
Со стороны операторской послышался шум. И чибзик, который вертелся вокруг Боба, явно нацеливаясь на шоколадку, рванул в сторону второго входа, где уже снимала скафандр Эбби.
— Фух! Почти готово! — сказала она, проходя на кухню и отламывая большой кусок от шоколадки Боба. — Думаю, завтра и Чаппи заработает. Вроде нашла поломку. О, Алекс? — произнесла она с таким удивлением, как будто вообще больше не ожидала меня здесь увидеть. — Ну как там дела? Сдал эту штуку?
— Пока нет, но жду этого с нетерпением, — я зевнул и пошел звонить Симонову.
Взял тач-панель и набрал Симонову. Старик подключился после второго гудка. Как будто сидел и ждал моего звонка.
— Алекс! Какие-то новости?
— Загадочные, Илья Петрович, очень загадочные…
Разговор ожидаемо затянулся. Любовь и внимание Симонова к мелочам никуда не делись. Поэтому я повторил все, что видел в своих галлюцинациях раз двадцать. С описанием даже цветов и зданий уже несуществующего города.
— Думаете это все реально? — спросил я, когда вопросы у профессора закончились.
— Разберемся, — тяжело вздохнул Симонов. — Группа почти уже сформирована. Первый раз такое вижу, чтобы все объединиться смогли. И Майтен, и китайцы, и мы. Я поговорю с аналитиками, все силы сейчас брошены на Эрика, но и твой случай разберем. Кто знает, может, это все связано.
