Огнетушитель Прометея

– Любовницы у меня все, как одна, были прекрасные женщины, им в голову не приходило устраивать скандалы, выяснять отношения. Они ничего не требовали. Когда страсть иссякала, мы спокойно расходились, но оставались добрыми знакомыми. Я до сих пор хожу лечить зубы к Насте Фоминой, с которой десять лет назад состоял в связи. Могу только хорошее сказать о Юлии Паниной. Вот ее муж натуральный псих. Если жена подавала на стол суп, который ему не приходился по вкусу, урод выливал его Юле на голову. И он почти ничего не покупал ей, хотя прекрасно зарабатывал. Она мечтала о машине, но мерзавец сказал: «Дам двести тысяч.

Если мало, свои докладывай». Я хотел подарить Юле колеса, но она категорически отказалась, еле-еле уговорил ее на скидку.

– И вас не насторожило, что Панин вскоре после того, как Юля села за руль иномарки, убил ее? – удивилась я. – Почему вы не пошли в полицию и не рассказали честно о связи с Юлией? Глядишь, Олег бы не отделался мизерным сроком.

Весенин ответил.

– Панину были свойственны приступы ярости. Гнев у него вскипал в секунду, его мог вызвать пустяк. Один раз Олег, взбешенный тем, что Юля, когда мыла окно, надела наушники и слушает музыку, толкнул ее в спину.

Юля чудом не свалилась с пятого этажа, как-то успела зацепиться за раму.

– И осталась жить с тем, кто фактически покушался на ее жизнь? – поразилась я.

Николай Георгиевич скривился."

"– Юля твердила: «Олег хороший, просто очень нервный, много работает, чтобы обеспечить детей. Он прекрасный отец». На мой же взгляд, Панин подлый и хитрый мужик. Сначала налетит на жену, даст волю агрессии, а когда поймет, что натворил, падает на колени и плачет. Ну натурально рыдает, без преувеличения, слезы по щекам текут.

Ползет к Юле и стонет: «Обожаю тебя. Прости. Я скотина. Не уходи. Умру без тебя и детей! Все для вас сделаю». Ну и так далее. Неделю муж идеален, затем снова бесится, и все по новой. Юля мне говорила: «Люблю Олега за минуты раскаяния». Нет, в полицию я не пошел. Был уверен, что Панин в припадке очередной агрессии, возникшей на пустом месте, толкнул жену, а та неудачно упала виском на батарею. Никак не предполагал, что их ссора имела отношение ко мне.

– А Инна Петрова? – безжалостно продолжала я.

Весенин оттянул ворот трикотажного пуловера.

– Петр патологический ревнивец, он бил Инну. До того, как мы с ней познакомились, у Петровой не было любовников, она не изменяла мужу, жила с уродом из-за детей, Бронислава и Яны. Инна обожала сына с дочерью, а те очень любили мать. Комаров бил супругу постоянно, но он много зарабатывал, и, как это ни странно, являлся хорошим отцом. Бронислав с Яной имели все, что хотели. Инна понимала, что после развода никогда не сможет обеспечить детям такой же уровень жизни, и терпела побои.