10
0
– Ну что тут скажешь… – отмирает первым Волк, – пожалуй, это имеет смысл…
– Да ты шутишь, Волчок? – рычит Карс, – Асси, а Ежи в курсе?
– В теории, – нехотя отвечает Ассандр, продолжая меня мягко, по-собственнически тискать."
"– Ну да… – глубокомысленно заявляет Карс, – практики не надо, во дворце-то… Охраняющие маги не поймут… Да и подземелья глубоки… Засыпать может… Жителей-то…
Жителей… Подземелья… Практика…
Так, все! Надоело!
Сажусь как можно ровнее, по-светски улыбаюсь мужчинам.
– Господа, я хочу немедленно узнать эту занимательную историю. Полностью. Сейчас. А то ваши недомолвки меня безумно… расстраивают.
В этот момент я смотрю на валяющуюся картину.
И перевожу взгляд на мужа.
– Очень. Расстраивают.
Ассандр задумчиво отслеживает заданные направления и кивает.
Ну вот и хорошо.
А то как-то я слегка… Устала.
Глава 30
Занимательная история в исполнении друзей моего мужа выглядит… Еще занимательней.
Учитывая, что Ассандр молчит, Карс удачно прикидывается косноязычным деревенским дурачком, а Волк – надменной хищной скотиной, из которой и слова в простоте не вытянешь, то можно оценить в полной мере, насколько мне… занимательно, да.
Мозаику эту из недомолвок, дурацких многозначительных взглядов друг на друга и глупого «беканья» складывать и пытаться выстроить из нее хоть сколько-нибудь логичную картину, непросто.
Мне удается, тем не менее, даже несмотря на откровенные недоговорки и вопиющие белые пятна, и всего-то через час и три бокала сладкого вина, потому что чего покрепче леди не положено, история начинает обретать реальные черты.
Все выглядит, конечно, на редкость неприятно, на самом деле.
Начать с того, что сидящие в одной комнате со мной… э-э-э… существа когда-то повлияли на историю государства. Каким образом? Все очень просто.
Не всем нравился Солнце наше ясное Император Анджеер, или, как его ласково называет Карс «Ежи»… Верней, может, как человек, он и нравился, а вот как Император…
У Ежи не было единоутробных и единокровных братьев и сестер, только двоюродные, и оттого у всех причастных имелось море надежд, что род Императора, Друга Драконов, как называли предка Ежи, первым сумевшего привлечь на свою сторону равнодушных к делам людским драконов, прервется.
Сам Ежи эти надежды постоянно подпитывал своим безумным поведением и дурацкими выходками.
И даже, пару раз, давал этим надеждам чуть ли не железное обоснование.
Но его отец отличался редкостной предусмотрительностью, и друзей в наследство сыну оставил правильных.
И потому, когда пришел его срок, Ежи успел вернуться. И заявить права на престол.
Другие знатные господа, стоящие вторыми, третьими и так далее претендентами на престол, расстроились. И принялись от расстройства делать всякие неприятные вещи.
