Ничего, кроме обольщения

Всё это, казалось, доказало, что Летти была права. В то время как вы, возможно, находились в муках первой любви и имели лучшие намерения, как долго это продлилось бы, сэр Энтони? Вы можете честно сказать, что вы были бы преданным мужем в том юном возрасте?

Энтони открыл свой рот, затем медленно его закрыл. Несколько минут он пребывал в задумчивости и, наконец, подняв одну бровь, взглянул на Софи.

— Что ж, мадам, вы хорошо справились с поставленной задачей — доказали правоту своих тезисов. Я провёл в распутстве, как вы изволили выразиться, более десяти лет, и к моменту встречи со своей женой Рослин, которую я люблю всем сердцем и даже не помышляю о том, чтобы ей изменять, я был вполне готов к супружеству.

А тогда, много лет назад с Аделиной… кто может сказать? Стал бы я примерным мужем или худшим мужем из тех, что можно себе представить? Нет, я не могу честно сказать, каким мужем я был бы.

Софи кивнула и чуть сильнее сжала руку Кэти.

— Это был неблагоприятный эпизод в нашей жизни. Но он «подарил» нам это чудное дитя, и мы можем быть благодарны за это.

Энтони улыбнулся в сторону Кэти:"

"— Да, действительно, можем. Ее мать не вернулась домой, но Кэти вернулась и наконец-то стала членом моей семьи.

Спасибо, что помогли нам найти ответы на все наши вопросы, и если вы не против, я бы хотел прочитать то письмо, которое Аделина прислала вам.

— Я боюсь, что не смогу удовлетворить вашу просьбу. Я уничтожила его. Оно разрывало мне сердце, а я перечитывала его снова и снова. Знаете ли, она меня тоже обвиняла. И хотя я сама послала ей бесчисленное количество писем, умоляя её вернуться домой и привезти с собой свою новую семью, ответа ни на одно из этих писем я так и не получила.

Поэтому могу только предполагать, что она так никогда и не простила меня.

— Не стоит так предполагать, — быстро сказала Кэти. — Тот факт, что она сообщила, что у неё всё в порядке и где она находится, говорит сам за себя. Она не хотела, чтобы вы волновались. Что касается того, что она больше не писала, я не думаю, что она вообще когда-либо читала вашу корреспонденцию. Она имела обыкновение бросать в камин нераспечатанные письма. Я могу только догадываться, что, наверное, она не хотела напоминаний о своей старой жизни, в то время как она была довольна новой.

Софи в ответ крепко обняла Кэти.

— Нам так о многом надо поговорить, моя дорогая. Возможно, ты захотела бы остаться здесь на некоторое время, и мы смогли бы чудно поболтать?

Кэти приняла бы приглашение, но Энтони отклонил его за неё:

— Мы остаёмся в Хаверстоне, так что завтра она сможет снова приехать. Она только что вошла в мою жизнь, поэтому мои собственнические инстинкты в настоящее время невероятно сильны, — он улыбнулся, чтобы придать шутливости этому заявлению, но было очевидно, что он серьезен.