Ничего, кроме обольщения

Эти проклятые пираты заслуживают самой страшной кары: как они посмели испортить самый приятный день его жизни!

Молчание Кэти убивало. Она не ответила на его вопрос, но это уже было ясным ответом. Конечно, теперь ей хотелось, чтобы то, что произошло сегодня, никогда не случилось. А ведь прежде чем она выяснила, на какие ухищрения Бойд пустился, чтобы побыть с ней наедине на пляже, девушка, казалось, ни о чем не сожалела. И она все еще не хотела выйти за него. Что за упрямица! Но, Боже, она спрашивала, будет ли он дожидаться ее! Теперь огромным везением для него будет, если она не запрется в своей каюте на оставшуюся часть рейса.

Фактически, он будет счастливчиком, если Кэти не сойдет с борта «Океануса» в следующем порту.

Когда их лодка подплыла к судну, девушка забралась на борт довольно быстро, так что, поднявшись, он был удивлен, обнаружив ее все еще стоящей на палубе. Тайрус тоже был там и выглядел весьма смущенно, вероятно, гадая, почему она не ушла. Кэти явно не собиралась позволить ему избежать ее гнева.

— Вот она, кэп, — закричал матрос с квотердека. — Мы не потеряли ее.

Разумеется, он не имел в виду Кэти.

Он смотрел в подзорную трубу, но не в направлении пиратского судна.

— О какой шхуне он говорит? — спросил Бойд Тайруса.

— Об их, — ответил тот, кивком указывая на что-то позади Бойда. — Взяв курс на север Средиземного моря и сверяясь с ним, они нашли нас несколько часов назад. Их красотка преследовала нас, но мы потеряли ее из виду, когда обошли остров.

Бойд резко развернулся, чтобы увидеть, о ком говорил Тайрус. Повисла напряженная тишина. Прислоняясь к поручням, как всегда совершенно невозмутимые, стояли Энтони и Джеймс Мэлори.

Последний ничуть не изменился с той поры, когда взял на абордаж «Океанус» (и украл их груз!), — с того времени, когда он развлекался жизнью пирата-джентльмена в Карибском море. Его белая рубашка была свободно заправлена в облегающие брюки, белокурые волосы развевались на ветру, и золотая серьга сверкала в ухе. Энтони выглядел чуть менее безупречно, чем обычно: из-за проклятой жары ему пришлось закатать рукава белоснежной рубашки.

Бойд не верил своим глазам. Он даже не заметил их, когда поднялся на борт. Мысль о единственной причине их присутствия здесь заставила его побледнеть.

— Что-то с Джорджиной?"

"— У нее на тебя довольно острый зуб, но в целом Джордж в порядке, — сказал Джеймс.

— Мои братья?

— Понятия не имею. Но, вероятно, у них все так же, как и при вашей последней встрече.

Щеки Бойда вновь приобрели здоровый оттенок, но, нахмурившись, он быстро продолжил допрос:

— Тогда что вы здесь делаете?

Этот вопрос не был обращен конкретно к кому-то одному из них, но ответил Энтони:

— Я прибыл, чтобы забрать Кэти и убить тебя.