6
0
Варя обнимает меня за плечи, прижимается, и мы целуемся, потные и уставшие.
— Ты очень сексуальный, когда делаешь это в джинсах, — смущенно признается она."
"Усмехаюсь, трусь носом об ее нос, и Колючка тихонько чихает.
— А ты очень секси, когда подо мной и моя, — говорю в ответ. Этого нельзя говорит, иначе Колючкин стыд сожжет нас напалмом, но я не могу сдержаться: — Хочу трахнуть тебя без резинки, и тогда внутри твоя киска тоже будет вся во мне.
Она, ожидаемо, вспыхивает и прячет голову у меня на груди.
Нам нужно примерно полчаса, чтобы отдышаться. Полчаса, которые мы лежит на чертовски узком диване с пружиной, фактически, у меня в заднице. Но это не имеет никакого значения, потому что Варя лежит на мне совершенно голая и я изо всех сил сжимаю ее в своих руках. Удивительно, какая она хрупкая. Настолько крохотная, что будит во мне пещерного человека, готового порвать любого саблезубого тигра или мамонта, который только посмеет глянуть в ее сторону.
Колючка вздрагивает и так я вспоминаю, что это у меня кровь в венах подогрета до температуры кипения.
— Где одеяло? — спрашиваю шепотом ей в ухо, и она очень вяло, практически беспомощно вскидывает руку в сторону шкафа у противоположной стены.
Аккуратно перекладываю ее с себя, встаю, на ходу подтягиваю штаны. У нее мало вещей — самое необходимое, я бы сказал. Но все аккуратно разложено по полкам. Осматриваю квартиру, чтобы найти подтверждение своим мыслям. Ни книг, ни вещей, которые могли бы принадлежать лично ей.
Ок, подумаю об этом через минуту.
Нахожу подушку и одеяло, устраиваю все это на диване, а когда укрываю Колючку, она на секунду цепляется в мою пальцы сразу двумя ладонями. Жест доверия, от которого меня распирает жуткая гордость. Это лучше, чем быть «мальчиком». Значит, коварный план по превращению училки в малолетку неплохо работает.
Мне хочется продолжить то, что мы начали. Хочу перевернуть ее на живот, приподнять за задницу и взять сзади. А потом посадить на себя сверху. Сглатываю, внезапно атакованный образами ее маленького тела, насаживающегося на мой член, словно кольца на шест пирамидки. Поэтому, пусть Колючка поспит. А я выпью кофе, покурю, позвоню матери и разбужу ее таким способом, что она забудет все приличные слова из своего нашпигованного русской литературой лексикона.
Снова осматриваю комнату, пытаясь вспомнить, что Колючка говорила о ноутбуке. Ноута больше нет. Как так? Иду на кухню и еще раз пересматриваю все ящики: ни намека на посуду, которую бы она привезла с собой. Чашки, посуда и даже ложки — практически все с рекламными лейбами производителей. Ни один нормальный человек не пользуется такими вещами дома: обычно, их либо оставляют для незваных гостей, либо используют в качестве рабочей посуды.
