Нежеланная дочь

— Филипп попросил узнать, что с Дариной, — невозмутимо парирует Лебедев.

— Против вашего сына и их общения с Дарой я ничего не имею против, тогда как ваше присутствие сейчас не совсем уместно.

В голосе Сергея слышатся совершенно незнакомые мне нотки. Муж обнимает меня за плечи, и я чувствую тепло и защиту. Тогда как между мужчинами повисает напряженная пауза. Я очень надеюсь, что Лебедев не станет устраивать сцены. Он молчит, но не двигается с места.

— Костя, тебе лучше уйти, — встреваю я.

Молчаливая пауза затягивается, а выяснение отношений сейчас совершенно ни к чему.

— Папаша, забирай свою красотку! — Из рентгеновского кабинета выглядывает немолодая уже медсестра.

Спиной ощущаю, как напрягается муж.

— Полина, я сейчас вернусь, — говорит он мне и нехотя отходит.

Смотрю ему вслед, пока Сережа не скрывается в кабинете. Оставшись одна, чувствую свою уязвимость, обнимаю себя руками и поворачиваюсь к Лебедеву:

— Костя, пожалуйста, уходи, — прошу его. — Мне не нужны проблемы.

— Я же сказал, что у тебя их не будет, — бросает Лебедев.

— Все так, — соглашаюсь с ним. Ведь проблем и правда не стало. Словно он их стер, как неверное решение, написанное мелом на доске. — Но все равно, пожалуйста, уходи.

— Я уйду. Только пообещай: если будет нужна помощь, неважно какая, ты позвонишь мне, — просит он.

— Хорошо, — соглашаюсь, лишь бы он только ушел.

Лебедев бесконечно долго, как мне кажется, смотрит в глаза. Наконец, к моему огромному облегчению, он разворачивается и уходит. И я заметно выдыхаю.

— Мам, — слышу голос дочери.

— Да, моя хорошая? — поворачиваюсь к своей семье, но муж и дочь смотрят за меня. Туда, где еще не скрылся Лебедев. А я отчетливо слышу каждый его шаг. — Куда теперь? — спрашиваю у мужа.

Сережа придерживает дочь, которая стоит на здоровой ноге.

— Ждем снимок, а потом к врачу, — отвечает он и наконец обращает свой взгляд на меня.

— Здесь будем ждать? — спрашиваю его.

— Можно и здесь, — отвечает муж и показывает Дарине на стул.

Мы молчим. Говорить при дочери я не хочу. Держу ее руку в своих ледяных ладонях.

— Что там? — спрашиваю у медсестры. Забираю у нее еще мокрый снимок и осторожно держу его за металлические распорки.

— Я ничего не увидела, — получаю ответ. — Но точнее вам скажет доктор. — Женщина касается моей руки, словно хочет приободрить. — До свадьбы заживет! — Уже в третий раз за сегодня слышу эти слова.

— Пап, давай, я сама, — предлагает Дарина, чтобы Сергей не нес ее на руках.