Нежеланная дочь

Ну, да ладно. Речь не об этом. — Директриса садится в свое кресло, сразу же превращаясь в строгого администратора. — Это правда?

— Смотря, что вы имеете в виду.

Анастасия Юрьевна смотрит на меня, но молчит. Я, конечно, могу ее понять, вопрос щепетильный.

— Что ты — жена Лебедева.

— Бывшая, — уточняю я. Отнекиваться не имеет смысла.

Интересно, что ей пообещала Анна Захаровна за мое наказание? По лицу Анастасии Юрьевны я пока не могу сказать, какую казнь она мне приготовила. Но директриса молчит.

— Мне можно сразу писать заявление? — не могу сдержать сарказм.

— Да не горячись ты, Аркадьевна! Заявление ты всегда написать успеешь, а вот учителей у меня и так не хватает. Да и завуча толкового я где найду посреди учебного года? Так что придется тебе решать свои проблемы самой, а работа остается работой.

— Спасибо, — благодарю, немного выдохнув. — Я могу идти?

— Нет, подожди. Чего еще я не знаю? Не люблю сюрпризы.

Теперь я молча смотрю на Анастасию Юрьевну. Я без понятия в каких отношениях она с бывшей свекровью, а играть судьбой дочери не позволю никому.

— Вижу, что есть.

— Дарина — дочь Лебедева. — Я вынуждена сказать правду.

— Какая Дарина?

— Моя дочь. Дарина Смехова, ученица 5-А.

Взлетевшие вверх брови директрисы застывают в этом положении. Как бы я ни хотела, но тайное всегда становится явным. Так пусть уж лучше сразу.

— Он это знает?

— Да, — отвечаю коротко, а уточнять, когда он это узнал, не считаю нужным.

— Что ж, уже лучше, — хмурится Анастасия Юрьевна.

— Да. Дарина с Филиппом учатся в одном классе. Им тоже известно, кто они друг другу.

— Ну, хоть тут проблем не будет, — заметно выдыхает Анастасия Юрьевна. — А Островская?

— Ольга Васильевна не в курсе, — отвечаю я. А может и в курсе, но с ее тактом она никогда не спросит, да и строить предположения не будет.

— Полина, ты уверена, что не хочешь перевести дочь в другой класс?

— Анастасия Юрьевна, Дарина учится в нем с первого класса, у нее есть друзья, да и с Филиппом у них получилось поладить.

— Да, я слышала, что Лебедев стал лучше учиться и изменился по поведению, — соглашается Анастасия Юрьевна, но продолжает хмуриться.

— Я не хочу травмировать психику дочери, вдруг ни с того ни с сего вытянув ее из привычной обстановки, — называю причину.

— Тоже верно.

— Я думаю, что проблема во мне, а не в Дарине, и если…

— Не надо нам никаких «если»! Мне и этого хватает. Ладно. Иди, работай. А этот вопрос я как-нибудь решу.