5
0Иоран, склонив голову, принялся целовать шею, спускаясь всё ниже. Распахнув мою куртку, рванул горловину туники, разорвав её.
- Что ты творишь? - шепнула я заплетающимся языком.
- То, что хотел с того момента, как увидел тебя впервые, - рвано выдохнул он.
Его сухие жаркие губы не прерывались ни на миг, а бесстыжая рука проникла через разорванную горловину и освободила одну грудь. Я ощутила его дыхание на нежной коже.
- Увидят, - простонала я, попытавшись вырваться.
- Нет, - его взгляд не отрывался от безупречной молочной плоти, что была зажата в его ладони. - Никто не сунется сюда, иначе рискуют проститься с жизнью, - прорычав это, он, склонившись, накрыл губами сморщенную горошинку груди и натурально застонал.
- Прекрати! - взмолилась я. - Ты переходишь границы, я не позволяла.
Пытаясь достучаться до потерявшего голову перевёртыша, я слабо ударила по его плечам кулаками, но он и внимания не обратил.
Ууу, наглый зверюга.
Просунув колено между моих бёдер, крепче прижал меня к дереву, словно зафиксировав. Огромные бесстыжие мужские ладони обхватили ягодицы, в то время как его губы терзали мою грудь, наслаждаясь этим. Его дыхание оглушало.
- Иоран, приди в себя, - шептала я, - пожалуйста.
- Аромат твоей кожи опьяняет, - рычал он в ответ, - мой зверь в ярости. Я хочу тебя, Лиза. Скажи, что желаешь меня так же, как и я тебя.
Запустив ладонь в его короткие чёрные волосы, я дёрнула. Несильно, но ощутимо. Просто до меня дошло, что если не остановлю его немедленно, то он потеряет контроль над собой окончательно, и, возможно, возьмёт меня против моей воли.
А это положит конец тому, что только стало зарождаться.
Я никогда не полюблю насильника!
Не смогу доверять ему, не смогу простить и забыть надругательства. Даже если моё тело и не против, он должен, просто обязан, слышать моё ""нет"".
- Иоран, - тихо произнесла я его имя, - если ты не остановишься, я возненавижу тебя. Ты этого хочешь? Разрушить ту хрупкую связь между нами, что уже есть.
- Нет, - застонал он, - ты так восхитительна. Свежая, чистая, но, в то же время, я чувствую, что ты созрела до любви, до плотских игр. Я так хочу тебя, пацаночка моя.
В его голосе было столько тягучей страсти и нежности, но я не поддалась.
- Я тоже тебя хочу, медведь, но не на одну ночь, а на всю жизнь. А для этого одной страсти мало. Отпусти меня. Покажи, что уважаешь и слышишь моё мнение. Что согласен уступить хоть в чём-то.
На мгновение он оставил мою грудь в покое, но тут же переключился на вторую.
- Ну, что ты за чурбан! - взревела я, поняв, что простыми уговорами тут не обойтись. - А ну, отпусти, засранец мохнатый.
Я врезала со всей дури по его шее. Аж ладонь заныла от удара.
И, о чудо! Подействовало!
Хватка ослабла, и его медвежество соизволило оторваться от моего тела.
- Не дерись, - как-то устало шепнул он и обнял.
