1
0– Одного не могу понять, почему именно вчера?
- Вика, я давно говорила, надо все рассказать, а ты как страус, засунула голову в песок.
- Боялась, - соглашаюсь. – Если не думать о проблеме, то вроде как создается иллюзия, что её и вовсе нет. Я так счастлива была эти месяцы, порой вообще, казалось, что я себе плохое все выдумала.
- Выдумала? – повышает голос Тая. – По наводке его отца тебя больше суток против воли удерживали в каком-то подвале, стращали близких тебе людей, пообещали опубликовать ролик с видеозаписью из раздевалки и в итоге выкинули как шавку на трассе. Как можно такое выдумать?!
Нервно пожимаю плечами.
- Ты знаешь, что существует «эффект бинокля»? Когда из-за сильного стресса проблема вдруг начинает казаться масштабнее?
- Куда масштабнее, Вика? Не оправдывай его отца. Еще чуть-чуть и ты благодарить его начнёшь, - хохочет и манерно кланяется. – Спасибо, что не убили господин Андреев.
- Да скажешь тоже, - машу на неё рукой.
Ну, действительно. Как-то уж сильно не сходится то, как я представляю себе этого человека, и как отзывается о нем Матвей. Наверное, поэтому я начала грешить на своё излишне «катастрофическое» мышление?
День протекает под шумное дребезжание Таи. Она постоянно рассказывает веселые байки про себя и своего полицейского, который, кстати, тоже готов оказать нам поддержку, как подтверждает подруга. Это приятно, но абсолютно бессмысленно, потому что, кроме звонка, в котором меня убедительно просили вспомнить наши прошлые договоренности, в этот раз нанесенного вреда не было.
Пытаюсь занять себя бытовыми делами: принимаю душ, переодеваюсь в джинсы с футболкой, звоню маме и узнаю, как там сын. А еще бесконечно переживаю за нашего с дочкой папочку, который страшно рассердился, но практически этого не продемонстрировал.
- Я, наверное, поеду, - говорит Тая, когда стрелка на часах приближается к шести и все темы исчерпаны. – Скоро уже твой милый приедет.
- Надеюсь, - задумчиво отзываюсь.
Проводив подругу, хожу из угла в угол. Где он? Почему не звонит и не пишет?
А вдруг отец решил переключиться на него?
Боже.
Когда это уже закончится?"
"Как бы ни храбрилась, слезы градом хлещут по щекам. Пытаюсь держать лицо и ровно дышать, но всё это летит к черту, когда слышу, как открывается входная дверь.
Вылетаю в прихожую, и сквозь пелену вижу серьезного Матвея, который, заметив моё покрасневшее лицо хмурится.
- Блд, я же говорил не переживать, - ругается и пытается устоять, когда я обрушиваюсь на него всем телом.
Утыкаюсь носом в шею и всхлипываю жалостно. Никакая я не королева. Выдержки ноль.
- Эй, ну всё-всё, - гладит меня по спине успокаивающе. – Давай прекращай. Тебе вредно.
Поднимаю глаза и только подмечаю, что Матвей не один. Возле двери стоит мужчина лет шестидесяти.
