0
0
Был момент, и когда признаться Андрею можно было, что я девственница. А, честно говоря, возможность избежать секса тоже была, будь я тверже в своей позиции. Но нет же! Понравилось, как целуется. Нахрап во мне откликнулся. Растаяла.
Ладно, чего уж там. Не я первая, не я последняя позволила мужику зайти далеко.
Вот так и кидает мой настрой: от «прорвемся» до «зачем я это сделала».
Видимо, даже мои ответы в переписке с девчонками какие-то упаднические, потому что в воскресенье, звякая спас-набором из бутылок, ко мне заваливается Корниенко.
— Где тут у нас лживые девственницы? — пыхтит она, нога за ногу стаскивая кроссы.
— Уже не девственницы, — вздыхаю я.
— Оба-на, — застывает Манька в нелепой позе. — Зимина, тьфу Градова знает уже?
Закатываю глаза. Как всегда, в присутствии Корниенко сильно унывать не получается. Маша распространяет вокруг себя веселый хаос, и он чрезвычайно заразителен.
— Нет, я еще не давала объявление по радио и телевиденью, — огрызаюсь я.
— Это хорошо. Люблю все первой узнавать, — радуется коза и чешет на кухню. — Рассказывай.
Ну я и изложила.
— И чего гундим? — не поняла Маша.
— Ты себя вспомни, — фыркаю в ответ.
— Нет, я не подкалываю, я реальный повод для расстройства хочу узнать.
— А что? Считаешь повода нет? Понимаю, что сама создала стремную ситуацию, что дала сама, тоже понимаю, ну дальше-то что?"
"— Не, — Корниенко бултыхает проволокой от игристого в бокале, выпуская газики. — Тут все понятно, но ты вроде как сама определилась, что «расставаться» вы будете в кратчайшие сроки. И?
Посопев, я признаюсь:
— Когда я ему сказала, что в понедельник мы завершим наш спектакль, Зарецкий ничего не возразил… И он мне не звонил и не писал.
— А… вон оно что… Ну тогда понятно. Козел он однозначно, — тут же переходит на мою сторону Маня.
Она трындит, шутит, доводит ситуацию до абсурда, и мне становится немного легче успокоиться.
А вот утро понедельника начинается не в кассу.
Бередя мне душу, на рабочем столе меня дожидаются подарочная коробка от элитного бутика шоколада и букет. То есть вот так мы откупаемся от моей невинности?
Может, я и не права, но шлея мне уже попала под хвост.
Перешептывания коллег достают меня до самого обеда. Делать им, что ли, в рабочее время больше нечего?
Задрав нос, я делаю вид, что ничего не замечаю.
Однако не заметить самого виновника нового витка слухов невозможно.
Зарецкий засекает меня в коридоре, когда я разговариваю с Кристиной.
— Лен, свободна?
— Не очень, — киваю я на сестру, но она сразу дает заднюю:
— Потом договорим, — и сматывается, оставляя меня с боссом.
Глава 29
Рукоплещущий зал
— Ты успокоилась? Можешь теперь рассуждать разумно? — спрашивает Андрей, мгновенно меня выбешивая.
— Я и была спокойна, — складываю руки на груди.
