0
0
Одно предложение правда отзывается во мне тревожкой:
— Я же мог тебя порвать! — кипятится в одного ответственный Андрей, держа меня за грудь.
Порвать. Поранить. Кровь.
Точно!
Дефлорация — это когда пятно крови потом на простынях! Я со стыда сгорю, сдавая постельное!
Я подрываюсь, как будто у меня есть силы, запала хватает на то, чтобы вскочить под удивленным взглядом Зарецкого с постели и подобрать с пола его майку. А вот дальше уже все дается сложнее. Прямо поверх гадской ночнушки, сбивая с носа очки, я натягиваю футболку:
— Теперь это мое. За моральный ущерб, — покачиваюсь я на нетвердо стоящих ногах.
Взгляд на разворошенную кровать меня подкашивает.
Пятна никакого я не вижу, зато прямо в глаза мне смотрит удав, все еще до конца не уменьшившийся в размерах.
Это точно не могло во мне поместиться.
Истерзанная киска вякнула, что не могло, но поместилось.
Новая волна испарины проступает на коже, да еще и член под моим взглядом слегка приподнимается.
И я даю деру в чертову ванную, которая на первом этаже.
Остаться там наедине с собой удается мне ненадолго. Я только и успеваю смыть с себя густую сперму и розовые разводы, когда внутрь заходит злой Зарецкий.
И дубина его выглядит еще более опасно, чем пять минут назад. Головка снова показалась из крайне плоти. Он, что, так и спускался, в чем мать родила? А если бы его увидела Кристина?
— Это что такое, Лена?
— Что? — сглотнув, спрашиваю я, не в силах отвести затравленного взгляда от набирающего мощь ствола.
— Мы не договорили.
— Ну потом договорим, — облизываю я губы. — Однажды.
Андрей шагает ко мне под душ и без тени сомнений просовывает руку мне между ног. Даже от самого легкого поглаживания я начинаю шипеть.
Зарецкий вздыхает и добавляет холодной воды в упругие струи.
Член не особенно спешит опадать.
— Если ты не перестанешь туда смотреть, я научу тебя оральному сексу прямо сейчас, — угрожает Андрей, и я тут же вскидываю глаза на его лицо.
Ну чего он злой-то?
Зарецкий сделал, что хотел. Хотел трахнуть и трахнул, хотел показать, кто тут босс, и показал. Чего ему не так-то?
— Какие-то претензии? — не выдержав, спрашиваю я."
"— Да, — кивает Андрей, разглядывая мои торчащие от холодной воды соски. — Мне недостаточно. И я не люблю ждать.
— Это был разовый аттракцион, — сразу предупреждаю я.
— Вот значит как? — прищуривается Зарецкий.
— Не усложняй, — возвращаю я ему его фразу, и, кажется, Андрею это не нравится.
— Уверена?
Теперь уже мне не нравится его вопрос. Где-то я его уже слышала, и кончилось все тем, что я смываю сперму с задницы. И так меня бесит самоуверенность Зарецкого, что я выходу из-под душа и на мокрое тело напяливаю его футболку.
— Еще как уверена! Как ты думаешь, почему я сохранила невинность до сих пор? Я ждала своего единственного.
