Он сначала присел за стол на свое рабочее место, где стояли разнообразные, похожие на микроскопы, лупы. Застеленный черной тканью стол, видимо, помогал не потерять важного.
Мастер надел белые перчатки и протянул руку. Опустил со лба на глаз небольшую штуковину, похожую на объектив, и принялся поправлять лампу.
— Мисс, где вы это достали? – почему-то шепотом спросил он. - Это же чистейшей воды изумруды. И столь редкого и насыщенного цвета…
— Мне они остались от бабушки, - солгала я уверенно, поскольку была на сто процентов уверена, что это именно те самые.
— Они из России.
— Нет, вы меня поняли неправильно… Я хочу заказать серьги. Я попробую вам их нарисовать…
— Да. Приходите с рисунком через пару дней. А через пару месяцев я приглашу вас на примерку, - продолжил он за меня, видимо, чтобы не тратить время.
— Вы меня не поняли… Серьги мне нужны до послезавтра, - я теряла надежду, но еще думала о том, что все имеет свою цену.
— Ни за какие деньги я не смогу сделать ваш заказ так скоро. Это полностью ручная работа. Только с камнями мне нужно заниматься пару суток, - он говорил со мной честно. Это и нравилось, и расстраивало.
— Не расстраивайтесь, мисс. У меня здесь… - он вдруг встал и ушел за небольшую дверь, которую открыл ключом, а когда вернулся, снова закрыл ее за собой. - … есть кое-что. Заказ не забирают уже больше года. Камни принадлежат заказчику, и я уже отправил человека, чтобы узнать о его судьбе…
И он протянул мне те самые серьги.
— Ну так вот… Я могу поставить в них ваши камни, - закончил мастер, наблюдая за мной. Он не торопил меня, а просто внимательно смотрел, как я вытираю слезы, все выступающие и выступающие на глазах.
— Делайте. Я доверяю вам эту работу полностью. Послезавтра я пришлю за ними Долли.
Всю ночь я просыпалась оттого, что вздрагивала. Проснулась совершенно разбитой, но держалась, чтобы провести весь день с Марией, пришедшей к обеду для репетиции. До позднего вечера она щебетала, словно маленькая птичка, перепрыгивая из гамака на качели, к пруду и обратно к дому.









