3
0
— Михаил Александрович… вы… чего тут делаете? Выйдите. Или мы опять куда-то намылились с утра пораньше, и мне срочно нужно надеть панталоны, чтобы вдруг, не дай небо, ваша нервная система не пострадала.
У Акулова было растерянное выражение лица, словно бы ему было самому неловко от того, что он припёрся ко мне в комнату, словно бы его тянуло сюда, как будто мёдом намазано, и объяснить себе причину он сам не мог. Но после моих слов я увидела, как он резко изменился в лице. Он метнул взгляд на разложенный на кровати комплект белья и, подойдя ближе к постели, пальцем подцепил тонкие стринги.
И вот тут я подвисла. От возмущения не могла и слово вымолвить. Акулов красноречиво посмотрел в мою сторону, затем туда же двинулся. Медленно. Как хищник, подбиравшийся к своей жертве. Невозможно близко, так что я вновь смогла ощутить запах и тепло его тела.
— Цистит и всё такое? — не могла молчать, волновалась вот и болтала.
— Мне нравится.
А вот к этому меня вообще не готовили. Язык чесался спросить: а что вчера было.
— Бельё, — зачем-то уточнил он, ну не я же ясен перец.
— Это потому что я остаюсь дома? — уточнила я, услышав, что голосок-то задрожал.
Акулов усмехнулся.
— Неплохо соображаешь, Волкова, — он перевёл взгляд с меня на предмет моего гардероба, — любопытно, что под твоей скромной личиной скрывается взрывоопасная личность, а на первый взгляд и не скажешь, — продолжать наступать, гипнотизируя при этом потемневшими глазами.
Ему любопытно?! Да он почти прижал меня к стене!
— Вы пришли проверить, что ваши деньги потрачены должным образом?
— Неплохо, я бы даже сказал, вложены в нужное дело, — он оторвал зубами бирку на трусиках, а я словно опустилась по талию в кипяток."
"Вот у него разбег! Биполярочка! Издевается, что ли, опять? Проучить хочет? Показать мне моё место? Указать, что меня всему надо учить? А я бы была против? Я ещё и колеблюсь, конечно, ПРОТИВ! Меня флешбекнуло в ночь, проведённую вместе. Его язык, ласкавший моё чувствительное место, и я чуть не уплыла, вспомнив. Он невозможно вредный, но моё тело сумасшедше непонятно реагирует на него. Так что я боюсь саму себя.
У него дёрнулся кадык, а дыхание заметно сбилось. Вот он точно знает, как надо обращаться с женщинами, они постоянно крутятся возле него. Он сбил меня с толка. Мысли стали путаться.
— Вы ведёте себя… — я сглотнула ком, образовавшийся в горле, босс вопросительно поднял бровь, — развязно.
— Я у себя дома.
— Зато я нет, — буркнула я, — и… вы смущаете меня, — решилась сказать я.
Акулов хмыкнул и придвинулся ко мне, не касаясь меня, ближе к уху.
