Наследницы

— Вас, может, и не смущает, а меня… — Режиссер хотел что-то добавить, передумал и, махнув рукой, развернулся и пошел к камере.

— Ничего, ничего, — подбодрила Дарья ведущего, — все будет хорошо.

— Спасибо вам, — расчувствовавшись, поблагодарил Евграф своих собеседниц.

— Разговорчики! — рявкнул из-за камеры режиссер. — Уходим с рекламы, возвращаемся в студию!

Пока шла заставка программы, Евграф приосанился и быстро сделал несколько мимических упражнений.

— Спасибо, уважаемые зрители, что вы по-прежнему с нами. Хочу напомнить, а тем, кто только что включил телевизор, сообщить, что сегодня у нас в студии Анна Федоровна Иваницкая, вдова художника Иваницкого, искусствовед, директор благотворительного фонда, носящего его имя, и тележурналист и уже немножечко режиссер Дарья Зверева. Анна Федоровна, — Евграф старался вести себя как можно непринужденнее, — прежде чем я передам слово Дарье, хотел бы узнать, кому принадлежала идея снять фильм об Иваницком?

— Идея давно витала в воздухе. Но, видно, нужно было, чтобы прошло какое-то время… чтоб звезды так встали. Одно могу сказать: когда моя знакомая предложила в качестве возможного режиссера Дарью, которую я знаю не один год, у меня поначалу все же были сомнения, но увидев, с каким рвением она взялась за работу, я успокоилась. И мне кажется, что у нее получилось, — она с нежностью посмотрела на журналистку, — и ее первый документальный блин вышел не комом.

— Дарья, ну наконец дошла очередь и до вас. Как вы познакомились с художником и почему выбрали героем своего дебютного фильма именно его?

— Мне посчастливилось знать Владимира Григорьевича. — Дарья опустила глаза и положила руки на колени, как школьница. — Меня с ним познакомила моя подруга Катя Черных, скульптор, о которой только что упомянула Анна Федоровна. Он мне сразу понравился и как человек, и как художник. Я была на многих его выставках, у него в мастерской на Масловке, дома. Это был удивительный человек — широкий, щедрый. На него можно было положиться. Про таких, как он, говорят: харизматичная личность. А еще, — Дарья вдруг улыбнулась, — он смешил меня, рассказывал всякие забавные истории. И, когда я закатывалась, он, по-моему, радовался больше меня. Я сейчас скажу банальность, — лицо Евграфа окаменело, но Дарья не заметила его реакции, — для кого-то это лишь оборот речи, но у нас, по-моему, несмотря на разницу в возрасте, было общение, да-да, общение с большой буквы — Владимир Григорьевич слушал меня и слышал, — Дарья перевела дыхание, — и я, надеюсь, тоже его слышала и понимала… как могла…

— Дарья, кто же кроме звезд, о которых говорила Анна Федоровна, дал вам знать, что именно вы должны снять этот фильм?

— Катя Черных. Ей пришла в голову эта идея.