Наследницы

«Возможно, тогда, пять лет назад, я была не права, — продолжала размышлять Вера, — но я же признала свою ошибку — первой подошла к нему. И где, спрашивается, его хваленое всепрощение? Вот начал бы с себя — понял бы, простил… А он вместо этого сбежал как последний трус».

Вера резко встала с кровати, подошла к комоду, стала судорожно выдвигать ящик за ящиком, перебирая стопки писем и телеграмм. Она отчетливо помнила, что несколько лет назад тетка Олега Клавдия прислала им поздравительную открытку по случаю какого-то праздника и там был указан обратный адрес. Перебрав несколько десятков писем и не найдя открытки, Вера подошла к телефону и набрала номер.

— Алло, это я, привет… Ты случайно не помнишь, как фамилия тетки Олега из Мытищ?.. Ну смешная такая — она еще своих коз как музыкальные инструменты называла: козу — Гармошкой, козла — Аккордеоном… Ну да… А фамилию не помнишь?.. Да не коз! Тоже мне шутник!.. Ладно, попробую ему позвонить.

Она вновь набрала номер.

— Алло, Антон? Ты давно с Олегом виделся?.. Помнишь, у него тетка в Мытищах жила? Адрес не знаешь?.. Да нет, она точно в Мытищах… А может, фамилию помнишь? Распространенная такая фамилия… Я тоже никак не могу… Хорошо, Антон, тогда позвони, как узнаешь.

Положив трубку на рычаг, Вера прислушалась к голосам, доносившимся, скорее всего, из холла первого этажа. Самый резкий и громкий, без сомнения, принадлежал ее матери. Слов было не разобрать. Вера вышла из комнаты и направилась к лестнице. Замерев на верхней ступеньке, она увидела, как Анна Федоровна с раскрасневшимся, перекошенным от гнева лицом отчитывает охранников:

— Да как вы могли впустить в дом этих проходимцев?! — выкрикнула она, меряя холл шагами.

Охранники попытались что-то сказать в свое оправдание, но Анна Федоровна резко оборвала их на полуслове:

— И как можно было не предупредить меня об этом?! За что я вам деньги плачу? И немалые, хочу заметить. За что?! — она негодующе смерила их взглядом. — Все уволены. Все трое! С сегодняшнего дня!

— А меня ты тоже уволишь? — насмешливо спросила Вера, спускаясь по лестнице.

— Надо же! — Анна Федоровна повернулась к дочери, через плечо резко бросив охранникам: — Нечего стоять над душой, вы свободны, оставьте нас. — И, вновь переведя взгляд на Веру, с удивлением спросила: — Что такое? Моя дочь заговорила со мной! Впервые после шестимесячного бойкота!

— Это я впустила в дом этого мужчину и его спутницу, — спокойно объяснила Вера.

— О чем ты думала?! — взорвалась Анна Федоровна. — Ты документы у него спросила?

— Ну конечно. Он сказал, что готовит материал про отца. Пришел, чтобы взять у тебя интервью. Я думала, тебе будет приятно…

— Интервью? — не унималась Анна Федоровна. — Это шантажист!

Вера не на шутку встревожилась.