4
0
И юноша был уверен — кто-то придет. Обязательно кто-то придет, чтобы помочь.
Но никто не пришел ни на второй раз, ни на третий, ни на четвертый. И юноша понял, что если не они сами, то – никто.
Две тысячи крестьян защищали свой урожай как могли.
Горящее село.
Мертвые люди.
Уничтоженные поля.
Бегущий вдаль, раненный юноша.
Кровь и трава – все, что он видел перед собой.
Хаджар вновь стоял перед лицом неминуемой гибели. Поля сменились на степь. А слабый юноша-смертный, на сильнейшего воина Семи Империй.
И теперь Хаджар знал, почему Тан так стремился отнять жизнь Тирисфаля. Он знал, почему Тирисфаль никогда не заканчивал их битвы с юношей.
Они с Хаджаром действительно были похожи…
Так же сильно, как непохож Тан на Дерека.
Последний решил использовать чужую силу, чтобы отомстить тому, кто у него все отнял. А Тан – свою собственную.
Те, кто отнял урожай у Тана, действительно ставшего лишь наследником и учеником Алого Мечника, переняв у того титул… среди них Хаджар увидел знакомое лицо.
Лицо молодого воина — Тирисфаля.
Как бы ни был велик и безграничен этот мир, но судьбы людей всегда сплетались в единый узор. Жуткий, но прекрасный в своем ужасе.
– Прощай, Великий Мечник, — прошептал Тан. — я не смог уничтожить твоего учителя, но когда умрешь ты… души моих людей смогут успокоится.
Хаджар смотрел на своего противника.
Путь, который провел его сквозь Лидус, Балиум, Море Песка, горы Грэвэн’Дора, джунгли Кар… сквозь огромные просторы Дарнаса и Ласкана.
Этот путь был ложным.
Столь же ложным, как и тот, которым шел Тан.
Этот путь давал силу. Огромную силу, о которой не могли мечтать иные. Но он же и забирал. Больше, чем человек мог отдать.
Хаджар был обязан жизнью всего паре слов, которые ему когда-то сказала умирающая Тигрица.
И это позволило ему найти цель после того, как месть выжгла его дотла.
– Два процента… – прошептал Хаджар. – более чем достаточно.
Оттолкнувшись от земли, Хаджар устремился на встречу кровавому океану Он не прятался, не защищался, не убегал. Будто поток штормового ветра он несся вперед.
Его меч сиял синим небом. Он рассекал силуэты бесчисленного множества золотых воинов внутри кровавого потока. Но еще больше, в десятки раз, успевали нанести ему ранения. Будто овощ сквозь терку, Хаджар летел сквозь поток.
Птицей Кецаль оборачиваясь, Путем Среди Облаков, он устремлялся все выше и выше к небу. Его перья опадали кровью и лоскутами доспехов. Его когти меркли по мере того, как угасала энергия внутри его клинка.
– Самоубийца!
— Безумец!
— Дарнас обречен!
— Победа Ласкана!
– Ласкан вечен!
Самые разные крики были слышна по всей степи.
