5
0
Увы…
— После того, как Ольес пришел в себя, там, в Эрменлейве, он относился ко мне как к сестре. А я к нему — как к брату, — выдавила наконец и всхлипнула от жалости к самой себе. — Мы ведь писали тебе, добивались встречи… А ты… ты… Не обращал на наши просьбы никакого внимания. Общался с этой своей… жемчужиной…
Сердито стукнула по его плечу кулаком, и Рэм тут же схватил меня в охапку, крепко прижимая к себе.
— Все… все… Прости, был не прав.
Я потрясенно замерла. Неужели признал? Извиняется?
Уткнулась в широкую грудь, благодарно потерлась щекой. Немного кружилась голова, не понятно от чего: от слабости, волнения или чистого, такого вкусного запаха его кожи. Но я все же постаралась собраться с мыслями — недаром столько раз репетировала эту речь наедине с собой и перед Петькой — и начала говорить.
О том, что мы с графом уважаем и ценим друг друга, но еще в Эрменлейве поняли, что наше супружество — ошибка и нет смысла его сохранять. Что решение венчаться в Обители Танбора было поспешным и опрометчивым. Что мы сожалели о нерасторжимости нашего союза и очень обрадовались, когда узнали, что у меня есть право на развод. Что не собирались активировать змей Зарока, но боялись за жизнь Трэя, да и Йор не спращивал нашего мнения, просто взял — и помог. Что давно расторгли бы брак, но это можно сделать только после того, как хэленни выберет себе другого мужа. Что король настаивал, принцы-наследники совсем замучили своими ухаживаниями и навязчивым вниманием, а сам Саллер держался подчеркнуто холодно, отстраненно, несмотря на все наши попытки."
"В общем, выложила все… что удалось. К сожалению, заклятие так и не позволило сказать самого главного, хотя я очень на это надеялась.
Его светлость слушал внимательно, почти не перебивая, лишь иногда задавал вопросы, а когда я закончила, в комнате на мгновение повисла сосредоточенная тишина. Герцог словно окаменел, лишь все сильнее и сильнее вдавливал меня в напряженное тело. Судорожно, до боли.
— Сколько же я времени потерял… болван, — выдохнул он, наконец.
Очень самокритично. Но… не стану спорить.
— Ты разведешься и снова выйдешь замуж. За меня, — он чуть ослабил объятия, отстранился, ловя мой взгляд. — Если волнуешься о Трэе, то не стоит, я готов ему во всем помогать. И… он еще встретит свою женщину.
Эх… боюсь, уже встретил. Да и постоянная опека Петьке не нужна. Она его только раздражает.
— Ты слышишь, Мири? Даже не надейся, что тебе удастся выбрать кого-то кроме меня. Два раза ты уже сбегала, третьего не будет. Брату я еще мог уступить, хотя с трудом сдержался, чтобы не убить его, когда увидел ваши брачные татуировки. — Невеселая усмешка. — Другого соперника я уничтожу, не задумываясь. Ты моя.
