5
0— Но не всемогущий, увы. По крайней мере, пока. — Любопытная оговорка. — Я не знаю ни имя, того, кто это сделал, ни зачем он это совершил. Нужна ему именно хэленни или он — еще одна сбрендившая жертва неотразимого очарования красотки Мири. Больше Зеркалом воспользоваться нельзя, оно пусто. Но не исключено, что маг отыщет еще какой-нибудь древний артефакт и пвторит все сначала. Так что, чем быстрее мэссер его вычислит, тем лучше.
— Саллер?
— Герцог?
Кажется, мы с Петькой заговорили хором.
— А кто же еще? Он обязан охранять хэленни, в его распоряжении вся служба безопасности Намарры, и сам он далеко не дурак. Да и не отстанет мэссер теперь от вас, особенно после того, что почувствовал. Так что, давай, я быстренько почищу твою ауру смертная, уберу все последствия заклятия, и выметайтесь отсюда. Я хоть и бессмертный, но терпение у меня, в отличие от здоровья, не бесконечное. — Недоэльф сжал пальцами виски и демонстративно поморщился. — Да когда же у него силы-то закончатся?
— А что герцог почувствовал?
Я послушно подошла к Йору, и меня тут же окутало невесомое прохладное марево, сладко пахнущее медом и луговыми цветами. Какая вкусная у недоэльфа магия.
— Твой испуг, отчаяние, — вздохнул фрейр. — Как думаешь, почему он так быстро прибежал? Услышал крик о помощи.
— Я тоже, — мгновенно насупился брат.
— Ты близнец, тебе положено. А вот мэссер… Ты помогла ему во время боя, Мири. Позвала сейчас. Не знаю, кого из магов ты наметила в мужья, но, если это не герцог, будут сложности. Как ни прискорбно это сознавать, но, похоже, дар уже принял решение за тебя. Вернее, одобрил твой неосознанный выбор. А ведь я так старался развести вас с Саллером... Что б ему слепые тролли вечно служили.
* * * * *
Она уходила… Снова уходила от него, доверчиво прильнув к плечу мужа и не сводя глаз с Дарена, а Саллер глядел ей вслед. В который раз…
Стоял… смотрел…
Стараясь держать лицо и не думать о том, как непозволительно близко от нее находится сейчас маркиз. Как его пальцы — конечно же, случайно — касаются ее запястья. Как она согласно кивает ему и внимательно слушает, склонив голову на бок.
Смотрел… Молчал…
Запрещая себе вспоминать, как губы Дарена прижимались к ее руке — почти интимно, на грани приличия. Как на ее щеках вспыхнул легкий румянец. От досады или удовольствия? Как она улыбнулась маркизу — нежно, мягко. Как в ответ на это в душе самого герцога мгновенно вскипела ярость, обжигая жгучим желанием схватить наглого щенка за загривок и отшвырнуть прочь.
Птархов Леро!..
— Рэм…
Узкая ладонь невесомо опустилась на его локоть. Он скользнул прощальным взглядом по удаляющейся фигуре — впитывая, запоминая, навсегда впечатывая в сердце, — и повернулся к Эмине.
