И когда умудрился сменить снаряд? Походу, тело действовало на автопилоте, пока мозги пытались отыскать хоть какой-то выход.
Приедет? Должна. Стеша не простит, если не приедет. Демид это знал.
А если не приедет? Ну тогда у Ирбиса имелся запасной план «Б». Впрочем, он ему нравился даже больше основного.
Стирая капли пота с шеи и лица, восстанавливая дыхание, Ирбис крепко задумался. А вдруг опоздал? И что тогда?
Черт, знал бы о его мыслях батя, по морде бы настучал!
Погруженный в размышления, Демид не заметил, что в зале появился неучтенный зритель. Юркнув через приоткрытую дверь из коридора, девушка остановилась, замерла, глядя на широкие плечи о склоненную шею.
Тахирова поджала губы. Нет, она ведь ругаться пришла. Скандалить! И уж точно не станет любоваться загорелой кожей и стриженным затылком. Она этому наглому кобелю посмотрит в глаза!
Однако сказать девушка ничего не успела.
На этот раз наткнулась на ледяной голубой взгляд, будто на непреодолимую стену.
– Света? – голос молодого мужчины звучал глухо, недоверчиво, удивленно.
Тахирова могла бы собой гордиться, застала врасплох Ирбиса, что не каждому удавалось. Вот только триумфа девушка не испытывала. Разве что злость. Лютую и едва контролируемую.
– Ну ты и сволочь, Ирбис! Самый натуральный кобель! Тебе что, сложно было держать своего… свое… свой… подальше!
* * *В первую секунду Демид решил, что у него все же слетела кукушка.
Не могла ведь она оказаться здесь одна, еще и в эту секунду? Во сколько… В восемь утра? Как такое возможно?
Но да, Света была реальной. И, что уж скрывать, гораздо красивее, чем в откровенных снах Демида. Там, да, фантазия молодого половозрелого мужчины разыгрывалась на все сто, даже на тысячу процентов.
Демид выронил полотенце прямо на пол. И каждая мышца будто одеревенела. Он мог только смотреть на девушку, пожирать ее глазами, а сказать ничего не получалось. Впрочем, он и в обычном своем состоянии не особо любил болтать. Сейчас и подавно, будто язык отсох.
Света выглядела охре… удивительно. Прическа изменилась. На последней фотке у девчонки были прямые светлые пряди, теперь же они лежали небрежными кудрями по плечам.









