Моя. Под запретом

Уж кто-кто, а отцы у мальчишек весьма суровые. И за такую незапланированную вечеринку спросят с сыновей по полной программе.

– Ты погляди, какие шустрые, – хмыкнул Ирбис, созерцая то, как парни оперативно сгребают всю одноразовую посуду и пустые бутылки в мусорные пакеты.

– Знаешь, иногда мне кажется, что Дема, Бага и Саша слишком суровы к ребятам, – поделилась своими мыслями Евдокия Андреевна.

– С этими обормотами по-другому нельзя, – вздохнул Георгий и уже по привычке, выработанной годами, обнял, привлек и поцеловал жену. – То ли дело с девчонками.

– Наши красавицы еще с пеленок научились вить веревки со своих дедушек, любимый, – хохотнула Дуня.

– Нам с Тамиком только в радость, – заулыбался Гоша. – Кстати, где носит Тахировых? Вроде бы из аэропорта вместе выехали.

– С минуты на минуту приедут, – пожала плечом Дуня. – Пойду распоряжусь насчет обеда. Проголодался?

– Ты же знаешь, Дуняша, я всегда голодный, – подмигнул Ирбис, а Евдокия Андреевна, как юная девчонка, хихикнула. Столько лет вместе, а Гоша не меняется. Впрочем, Дуня была только рада такому поведению мужа. Пусть и вел себя он так только наедине с ней.

А для чужих был по-прежнему суровым и хмурым Ирбисом, хоть и отошел от дел много лет назад, передав все полномочия младшему поколению.

Когда Дуня вышла из кабинета, Георгий Матвеевич продолжил смотреть за внуками. Достойная смена, он это понимал. И пусть парням по восемнадцать, а порода чувствовалась. Впрочем, и мозгами, слава богу, никто из ребят обделен не был.

Гоша улыбнулся своим мыслям. Внуки – это прекрасно. Внуки – это замечательно. Продолжение рода. Есть чем гордиться.

Нет, и все-таки не зря они с Тамиком сорвались раньше времени из отпуска.

Еще и с подарками для пацанов. Обрадуются, когда увидят новенькие тачки в гараже.

Но после, когда разгребут весь беспорядок.

Георгий Матвеевич, пристально следя за тем, как убираются в саду парни, заметил вдруг, что не все гости покинули дом в срочном порядке. Кое-кто остался.

Присмотревшись, Ирбис улыбнулся. Ну, здесь все ясно. Да и Тихон, убираясь, посматривал в ту сторону, где на удобных качелях, с книгой в руке и огромными наушниками на голове, раскачивалась девчушка.

И как она оказалась здесь? Вопрос, конечно.

Потому что девочка не вписывалась в компанию подростков, с которыми дружили внуки. Фрося Виткинчук интересовалась только учебой, мечтала поступить в престижный зарубежный университет и не была прежде замечена на тусовках. К тому же сама девочка казалась ничем не примечательной. Незаметной даже. Разве что огненно-рыжие кудряшки Фроси привлекали внимание.

– Интересно, правда? – негромко проговорила Дуняша, вернувшись в кабинет. – А Даша с Милой говорили, что Тихон оказывал знаки внимания совсем другим девушкам.