6
0Хотя, по-хорошему, я ей ничего не обещал. Совесть дает о себе знать зудом во всем теле.
– Что-то на работе случилось? Раз ты сорвался из Москвы?
Откладываю прибор. В тарелке еще полпорции. Камень в груди не позволяет больше есть.
– На работе все в порядке. Это немного личное…
– Извини.
И так никакущее настроение пробивает дно и стремится в темные глубины матушки-Земли."
"Но как объяснить другому человеку, что от меня сына, возможно, долго скрывали? Сам-то в это поверить не могу. Все время в голове ищу то ли оправдание, то ли другие варианты прошлых событий. И… не получается.
– А ты на юбилей-то приедешь? Твое личное не помешает?
Усмехаюсь, закрывая пол-лица объемной кружкой.
– Не помешает, Ась.
Смотрю в упор и понимаю, что мало что знаю о своей жене. В тот год, когда поженились, мне было все параллельно. Ничего не интересовало, тем более странная девушка, которая теперь называет себя моей женой. А потом… не видел смысла.
Стелю себе в гостиной, как и всегда. Мог бы и номер снять, но совсем дерьмом не хочется выглядеть. В конце концов, часть этой квартиры моя.
Мыслями в завтрашнем дне.
А если Смирнов обманет?
Тут же сам себе отвечаю, что такие люди, как Алексей Смирнов, из другой категории.
Или не придет? Перенесет встречу?
Голова раскалывается, стоит хоть на мгновение прикрыть глаза.
Сна нет. И так вторую ночь.
Нащупываю телефон и открываю профиль Белинской. Первый раз за пять лет. Даже пальцы немного дрожат, когда я листаю ленту вниз. Последняя фотография сделана несколько лет назад. Закат. И лисица на фоне. Не знаю, что ярче: заходящее солнце или ее волосы. Огнем пышут, экран загорается.
И ни одного фото сына. Арсения. Сердце защемляет, и так тошно становится!
Скрывает, что ль? От кого? От меня?
– Не спишь? – вздрагиваю от тихого шепота.
Никогда не чувствовал себя здесь как дома. Сейчас это чувство возрастает в разы.
– Что-то случилось? – зеваю демонстративно.
Ассоль присаживается на край дивана. Двигаюсь против своего желания, а Анварова молчит и разглядывает меня. Даже в темноте вижу ее редкий румянец на щеках.
– Почему у нас так, Стас?
Откидываю одеяло и сажусь рядом. Ладонями по лицу провожу и пальцами волосы несколько раз прочесываю.
В груди печет, словно угля кто-то подкидывает, как в печь.
– Ась, а ты думала, что будет по-другому? В договорном браке? – нервничаю. Тема неприятная.
– Мне казалось, у нас есть шанс. Я вроде бы нестрашная, при деньгах. Ты…молод, красив. Или это все из-за нее? – раздраженно кивает на татуировку на моей спине.
Анварова единственная, кто ее видел. И то случайно.
Лисица, почувствовав, что говорят о ней, начинает жечь. И сердце, как по команде, отплясывает пасодобль.
