8
0
Они попросили разрешения допросить ее без присутствия отца. Аполлина Лантене появилась откуда-то из глубины дома, молчаливая, как призрак, с тем же отстраненным и враждебным видом, с которым не собиралась расставаться.
– Он все еще твой парень?
– Нет.
– Ты уверена?
Она вздохнула:
– Да нет, блин. После того, как он поступил с моей матерью, – ни за что!
– Он еще и избил твоего отца вместе со своим подельником, – заметил Сервас.
– Ха, ну и что с того? Ведь он же не умер, правда?
Их буквально хлестнул ледяной тон ее ответа.
– Ты не помнишь, когда ты в последний раз разговаривала с Кевином?
– Помню. В суде.
– И что вы друг другу сказали?
– Я ему сказала, что он редкостное дерьмо и придурок…
– А после этого от него были какие-нибудь известия?
– А в честь чего мне их получать? – раздраженно огрызнулась она.
– Ответь, пожалуйста.
– Нет, не было.
Сервас непроизвольно сглотнул. Эта девчонка действовала ему на нервы своей злобой и враждебностью."
"– Тебе известно, что у налетчиков был код от вашего портала?
– Да, другой легавый мне говорил.
Она вложила в слово «легавый» всю заносчивость, на какую была способна.
– Это ты сообщила код Кевину?
– Я уже отвечала на этот вопрос, чтоб тебя! Вы там между собой сообщаетесь или как? – ответила она голосом, который буквально пронзал холодной яростью.
Сервас никак не отреагировал.
– Ты говорила, что он время от времени к тебе наведывался, пока родителей не было дома, поэтому ты назвала ему код.
– Ну вот!
Все та же спесь.
– А что думал о твоих отношениях с Кевином отец? – спросила Самира, до сих пор не произнесшая ни слова.
Девушка взглянула на франко-китайскую марокканку, задержав взгляд на ее одежде и пирсинге.
– И ты тоже полицейская? Кроме шуток? – осклабилась она.
– Еще раз заговоришь со мной в таком тоне, и я тебе врежу по морде, – сказала Самира.
Аполлина Лантене вытаращила глаза:
– Я буду жаловаться…
– Заткнись.
Голос Самиры ударил, как хлыст. Она впилась суровым взглядом своих угольно-черных глаз в глаза Аполлины Лантене, и та невольно отпрянула, подняв плечи. Реакция этой легавой, да и само ее появление, выбили ее из колеи.
– Так что он думал? – повторила Самира.
– А ты как думаешь? Он Кевина ненавидел. Он хотел, чтобы я положила конец нашим отношениям.
– Как ты познакомилась с Кевином?
– На факультете, на студенческой вечеринке, куда он каким-то образом пролез. Я сразу увидела, что он не такой, как все, ну… не студент. Это меня немножко отвлекло от всех наших придурков, которые проводят время в стремлении изменить мир и все анализируют своим критическим умом, как будто у них есть хоть малейшая идея о том, что такое реальный мир.
– Ну, ты-то, конечно, знаток реальности, – съязвила Самира.
На этот раз Аполлина Лантене отвечать не стала.
