5
0
Испытания с разными экипажами показали, что при потере пространственного положения летчик инстинктивно, и в первую очередь, тянет штурвал на себя, а уж потом глядит на крен.
Но кто завалил их в крен?
Я рассказал ему о случае с Пономаревым. О второй гидросистеме, которую высвистело…
Э, нет – там стоит обратный клапан!
Значит, все-таки подключал бортинженер вторую систему на первую…"
"И тут в штурманскую пришел человек, знающий ситуацию, и сказал: Абрамович бортмеханика застращал, и тот признался, что таки подключал. Вот в чем причина отказа второй гидросистемы!
Что касается падения Ил-76 в Москве, то там однозначно перегруз.
С работой этих мелких авиакомпаний все ясно: они выживают только за счет работы на грани риска и смерти.
Вообще в разговоре мы пришли к выводу: у правительства нет цельной концепции развития нашей авиации… да и всего государства. Нахапать и ухрять.
Заикнулся я о своей тетрадке, что у Фуртака. Он заинтересовался. Видимо, заинтересовал его я, ну, как личность; ну и захотелось ему прочитать, что ж эта личность там накорябала. Вот бы прочесть… хотя бы один экземплярчик… это ведь недорого стоит – отпечатать сотню-другую брошюрок…
Да зайди сам и попроси у Фуртака. Сам себе думаю: подтолкни его…
Тепло расстались; он полетел с Остановым на Сочи, а мы пошли на свою Самару.
Полет спокойнейший; посадки нам с Олегом удались. В Самаре садились при +29, взлетали при +32, аккуратно.
На обратном пути запустил в кабину детишек… по внучке, что ли, соскучился. Папы и мамы с фотоаппаратами рвались в кабину – да пожалуйста, только повнимательнее, сфотографируйте детей, будет им память… Люди довольны.
Штурман Максим Кушнер, наш с Филаретычем крестник, еще в училище стажировался у нас. Ну, волчара. Благодарил нас за школу.
Бортинженер Игорь Шорохов, из 1-й АЭ.
Ну, это бортинженер, не чета иным. Все делает мгновенно. Решения быстрые, правильные; на себя кое-что берет не задумываясь.
Ночью он развез нас по домам. Я набил себе синяки на боках – так он мотает машину. Водит очень резко и агрессивно, но точно.
