Клетчатая зебра

Только тогда я правильно оценила внешний вид людей, явившихся за грызуном, стальной контейнер-чемодан с цифровым замком и севшим голосом осведомилась:

– Милая мышка заражена?

– Вирус Аш энд Ап, – загадочно ответила Дина.

– Это опасно? – затряслась я.

Дина наклонила голову набок.

– Честно? Не знаю. И никто не знает. Пока возбудитель существует лишь в лаборатории и передается от одного животного к другому. Случаев заражения среди людей не было. Правда, кое-какие болезни иногда не трогали людей, пока не попадалась личность с сильно ослабленным иммунитетом, вирус внедрялся в организм, мутировал, и начиналась эпидемия.

– А что за болезнь провоцирует ваш Аш энд Ап? – затряслась я.

– Лихорадку реки Нга, – спокойно пояснила Дина. – До недавнего времени она вызывала повальную смерть среди аллигаторов.

Мне стало легче дышать. Конечно, характер у меня не сахар, но на крокодила я мало похожа.

– Потом неожиданно стали погибать зебры, – продолжала Дина, – долгое время считалось, что вирус… ой, вам вряд ли интересны подробности.

– Напротив, – заверила я, – продолжайте.

Моя однофамилица замялась:

– Мы не государственное учреждение, работаем на крупный частный зоопарк. Вам это тоже неинтересно…

– Что с мышью? – попыталась я вытрясти из нее правду.

– Мы не уверены, что ее удалось заразить, – затрещала Дина. – Лаборант в Новосибирске редкий идиот! Он не послушался приказа, побоялся послать животное как положено, передоверил доставку какой-то бабке. Ой, это вам тоже неинтересно. Главное, мы нашли экземпляр, дурак уволен, все тип-топ.

– А я не заболею?

– Ну что вы! – напряженно засмеялась Дина.

– Каковы симптомы лихорадки? – не успокаивалась я.

– Ну, самые обычные, она начинается с респираторных явлений, кашля, насморка, потом возможны аллергические высыпания в виде красных полос или пятен, зуд, почесывание, жар…

– В общем, ерунда, – обрадовалась я.

– Температура поднимается выше сорока, и организм погибает, – договорила Дина.

– В-в-всегда? – прозаикалась я.

– Среди аллигаторов стопроцентная смертность, – не оставила мне шанса на надежду однофамилица. – У зебр выживает одна из сотни.

– А люди? – пискнула я. – У них каков прогноз?

– Лихорадка не передается человеку. Во всяком случае, считается, что нет ни малейшей опасности. Но если вы волнуетесь… вот визитка, звоните, в случае чего мы сразу примчимся, – пообещала гостья.

– Экземпляр выловлен, – отрапортовал мужчина, выходя из дома.

Дина поднялась.

– Жаль уезжать, воздух у вас тут волшебный. Да, кстати, ваша посылка!

У меня в руках очутился довольно большой пакет.