4
0Но нет, обед прошел гладенько, вкусненько без каких-либо встреч.
Но чем ближе дело шло к концу рабочего дня, тем больше я не хотела домой. Если б не собака, которую нужно будет выпустить погулять и накормить, я бы наверное снова позвала девчонок куда-нибудь пойти. При этом дико хотелось спать, ночь то была просто ужасной.
После работы я медленно плелась на остановку и разговаривала с мамой. Я не стала рассказывать ей об отпечатке ботинка, чтобы не пугать лишний раз. Да и звонить своему руководству, чтобы узнать номер телефона владельца не стала. В свете дня это событие мне казалось смешным.
– Привет, мам, – поздоровалась я.
– Привет! Ну, как твои дела? – радостным голосом спросила она меня.
– Как обычно, ма, жду когда наконец вернусь домой из этого цирка, – я протяжно вздохнула.
– Перестань, осталось совсем немного. И кстати, у нас новости! – радостно воскликнула она.
– Какие? – от любопытства я даже приостановилась.
– К бабуле прилетает ее подруга, теть Ева, которая живет в Германии, помнишь? – причем это «помнишь» было сказано таким точном, будто престарелая бабушка Ева являлась шальной императрицей.
– Ну и что? – я никак не могла понять в чем радость то? Нет, бабушке то конечно счастье. А мы то здесь при чем?
– А то! Прилетает она не одна! А с Робертом!
– С кем?!
– Ой, не говори мне, что ты забыла его… с внуком!
Я вспомнила кудрявого голубоглазого пацана, с которым мы вроде как испытывали друг к другу симпатию… лет эдак в двенадцать… пока они не переехали жить в Германию.
– А… ну помню, – я пожала плечами. В чем там радость я так не поняла.
– И…
– И?
– И он не женат! – радостно закончила мам.
– О че-е-е-ерт, мам! Прекрати! – я закатила глаза. На какое-то время даже забыла об умершем соседе, собаке и всех приключениях моей жизни. Как же меня бесит, когда родители начинают сватать тебя ко всем внукам, сыновьям и племянникам подруг.
– А что? Знаешь, какой парень видный! А вдруг…
– Мама! – я грозно прикрикнула, заставив ее замолчать.
– Ну, ладно, молчу. Но ты как вернешься, сходим с тобой в гости к ним, да?
– Все, мой автобус подъехал, мне пора, пока ма!
И не дожидаясь комментариев, бросила трубку.
– Вредная. Вся в отца.
Я усмехнулась.
Чем дальше вонючий ПАЗик увозил меня от развитой части города, тем гаже становилось на душе. Словно вся жизнь там позади автобуса, а впереди только серость, мрак и… мне снова становилось страшно.
Я злилась на саму себя. Да что за бред, в конце концов? Бояться то нечего! Но чем ближе я подходила старому пятиэтажному зданию, чьи желтые бока были прикрыты крючковатыми ветвями деревьев, тем неприятнее становилось на душе.
