5
0
– Глупенькая, – шепнул гер. – А зачем мне тебе лгать? Земли эти мои, с тобой или без тебя. Князь почти покойник. Я победитель. Так зачем, Амэлла? Зачем мне дурить тебе голову и навязываться? Зачем я надел на твою руку брачный браслет?
Ответь.
Он так всё вывернул, что я растерялась.
– Не знаю, – честно ответила на вопрос.
– Может, потому что ты моя избранная?!
– Это сказки наших праотцев… – попыталась отмахнуться от его слов.
– Это реальность – перебил он меня. – Реальность Иных и Древних Севера. И советую тебе обратиться к зову собственной крови. Ты знаешь о предначертанных, распинаться не буду. Так что смирись, колючка моя, с тем, что отныне твоя жизнь принадлежит мне.
Матрас подо мной чуть прогнулся, и я почувствовала, как Каил устроился позади."
"Его рука смело легла на живот, прижимая меня к горячему мужскому телу. Сухие губы скользнули по затылку, вызывая мурашки и неконтролируемую дрожь. Между ног мгновенно увлажнилось.
Тихо выдохнув, я попыталась отстраниться, но рука, удерживающая меня, стала просто каменной.
– Не смей от меня сбегать, Амэлла! Я не мальчик, чтобы гоняться за тобой, и играть в прятки. Последний раз советую тебе просто принять меня и смириться с браслетами на своих запястьях.
Прикусив губу, я сжалась. Смириться! Это несложно. Но насколько хватит моего смирения: через сколько тут в замке появится его первая любовница?! Сколько пройдёт времени, прежде чем меня закроют, где в комнате, чтобы не мешала сношаться со всеми служанками подряд.
Один раз через всё это я прошла – второго такого опыта семейной жизни мне не нужно.
– Молчишь? – выдохнул он мне на ушко.
– У меня с ногами проблема, гер Каил, а не с головой. Я прекрасно понимаю, чем для меня обернётся союз с вами. Вы красивы, и я уверена, что от женщин у вас отбоя нет. Я признаю при всех вас супругом, а после прошу отвести мне любое крыло в замке, где я смогла бы спокойно жить, не нарываясь ежеминутно на армию ваших постельных грелок.
Мужчина шевельнулся, и в следующее мгновение я ощутила лёгкий толчок.
Вынужденно перевернувшись на спину, встретилась взглядом со злыми глазами оттенка гречишного меда.
– Твоё упрямство выводит из себя, Амэлла, – прорычал он.
– А как же ваши слова?! Вы утверждали, что о таком сокровище, как я, и мечтать не могли, – припомнила ему его же фразы.
Ухмыльнувшись, он издевательски медленно нагнулся и коснулся моего рта, прикусив нижнюю губу, оттянул её и выпустил.
– Я никогда не отказываюсь от своих слов, – прошептал гер: склонившись ещё ниже, он лизнул то место на шее, где бешено бился мой пульс. – Ты моя война. Битва, которую я буду выигрывать раз за разом. Ты моя победа! Разве ты не знала, моя вартеса, что лёгкие победы не приносят удовлетворения.
