6
0
Маги, проводившие ментальный допрос, подготовили всё необходимое, расставив на длинном дубовом столе вереницу кристаллов с подписанными воспоминаниями, а также слепками ауры и Дара инкуба. А в глыбе, сковывающей тело ледяным гробом, сделали небольшие бреши, позволяющие мне коснуться кожи советника и лично снять необходимые пробы магии.
Правда, делать этого категорически не хотелось. От вида обездвиженного врага и его застывшего на веки взгляда, пробирала оторопь. Больше всего я мечтала оказаться как можно дальше отсюда. Хорошо хоть спрятали отрубленную голову Тагаса …
— Мисс Раэли, если вам понадобится больше пространства для сканирования, мы ещё немного ослабим Вечное забвение, — сообщил высокий худощавый менталист с болезненно бледной кожей и кругами под глазами. — Но должен предупредить, что тогда советник может очнуться.
Я невольно вздрогнула. Понимала, что навредить мне инкуб всё равно не сможет, но одно дело касаться бессознательного тела, другое — набрасывать иллюзию под пристальным взглядом недруга.
Не уверена, что смогу сдержать эмоции и не собьюсь.
— Постараюсь обойтись без крайних мер, — кивнула, нервно хрустнув пальцами, разминая их и готовясь сплетать первое заклинание.
Решила начать с физической оболочки и, закрыв глаза, принялась ткать полотно туманной личины. Неспешно, осторожно, тщательно вспоминая каждую деталь и от души наполняя облик яркими красками и эмоциями. Моя ненависть — ключ к достоверности!
После череды неудач Сорель должен быть в ярости, а ещё излучать недовольство и раздражение. Это изображу с лёгкостью!
Вначале собиралась добавить и немного страха перед Диего Орвэлем, но интуиция внезапно вскинулась на дыбы и, поддавшись порыву, коснулась кристалла с воспоминаниями инкуба.
Хотела не просто увидеть его последний разговор с главой Кровавого рассвета, но и считать отголоски эмоций.
Миг! И меня захлестнуло оглушительной злобой. Чуйка не подвела. Советник не боялся Орвэля! Хотя прекрасно понимал, что лич никому не прощает оплошностей и не задумываясь избавится от него."
"Говоря с Диего, Сорель держался почтительно, но не подобострастно. Скорее, с едва уловимым вызовом. От него фонило желанием доказать, что он лучший во всём и даже сейчас найдёт способ обернуть поражение себе на пользу.
Ошеломляющая самоуверенность! Но, в конце концов, именно она его и погубила.
Стерев с личины малейший намёк на страх, занялась глубоким ментальным слоем. Обычно пропускала этот этап.
