7
0
Посмертная активность прадедушки поражала, но ещё больше удивили понимающие взгляды, которыми обменялись Дари с Рамоном. Словно слова вампира подтвердили какую-то важную догадку…
— После смерти Моник в сокровищнице недосчитались нескольких ценнейших амулетов, — пояснил генерал, заметив мой интерес, — проанализировав все уровни защиты, мы с Дари также пришли к выводу, что незаметно вынести их из дворца мог только член императорской семьи.
— При этом, украсть он их не мог, а только получить в дар от законного хозяина, — добавил дракон, — поскольку пропавшие артефакты принадлежали лично Моник, мы сопоставили имеющиеся данные и пришли к выводу, что Летиция была бастардом Юджина. Императрица знала об этом, поэтому и отдала ей амулеты."
"— И вас не удивило, что она подарила столь ценные вещи ей, а не родному сыну?! — опешила от услышанного.
Почему они не сказали мне об этом до посещения банка я понимала. Новости шокирующие, и до вылазки информация могла сыграть против меня. Зная правду, я бы не смогла настолько достоверно отыграть свою роль. Но всё же рассказ Валентина, как и признание генерала, не только пролили свет на многие события, но и породили лавину вопросов.
— Моник — очень дальняя родственница Алэйн по линии Роана, — пояснил генерал, указав на фантомную схему Валентина, — она не владела Даром многоликой, но активно боролась за права альезз.
— Цепи Многоликой — артефакт, из-за пропажи которого после смерти императрицы разразился грандиозный скандал, изначально он был создан для альезз с нестабильным или слишком мощным Даром, — продолжил за него Дари, — с его помощью более сильная и опытная многоликая временно брала под контроль чужой оборот, помогая ослабленной мышке привыкнуть к новой Силе. На протяжении веков артефакт использовали лишь для этого. Так было до тех пор, пока одна альезза не примкнула к мятежным тёмным эльфам и не использовала Силу для убийства Ларса Мигарди, семнадцатого императора солнечных эльфов.
О последнем мне было прекрасно известно, как и о том, что имя сумасшедшей ведьмы давно затерялось в веках, в отличие от её поступка, породившего массовые гонения на альезз.
— После этого Цепи стали использовать для подчинения многоликих, — добавил Рамон, — мощности артефакта хватает, чтобы накрыть столицу и лишить воли всех находящихся в городе альезз, превратив их в послушных марионеток.
— Насколько мне известно, без необходимости артефакт не активировали, — добавил Валентин, — но Моник сочла недопустимым сам факт его существования и наотрез отказалась выходить за Гредхолла до тех пор, пока амулет не уничтожат или не отдадут ей на хранение.
— Погоди, они же были истинной парой! — воскликнула, поразившись смелости и благородству императрицы.
