6
0Масштабы трагедии не укладывались в голове, но ещё больше ужасало, что кто-то мечтал повторить подобное…
— Переломный момент наступил, когда дети Тумана создали первые амулеты из Сумеречной рябины, полностью блокирующие гипнотический флёр инкубов и лишающие их способности регенерировать, — продолжил Валентин, — Сыновья ночи оказались на грани уничтожения, и чтобы остановить бессмысленную вражду инкубы сами убили Диего и принесли вампирам его голову, а после предложили заключить Вечный мир.
— Только во время сражений кланы настолько озлобились, что поначалу не хотели останавливаться, — добавил Дари, — и тогда вмешался Себастьян Терига. Император сумел загнать вампиров за один стол переговоров с инкубами, и скрепил договор своей магией.
— Я тоже выступал за мир, — с грустью произнёс Валентин, — если бы только знал…
— Среди инкубов много достойных магов, они не заслуживали полного уничтожения, — на помощь пришёл Рамон. — Ты всё сделал правильно, Валентин. Сейчас мятежники в меньшинстве и вне закона, сами Сыновья ночи презирают и ненавидят их…
— Но всё равно находятся те, кто тайно переходит на сторону Кровавого рассвета, — зло прошипел вампир. — Они как чумные крысы…
Терзания Валентина я понимала. Никто, имея сердце и честь, не смог бы взять на себя ответственность за уничтожение целой расы. Я бы тоже подписала мир, но из-за мятежников Вечный договор находится под угрозой и над кланами навис топор новой войны.
— Как предатели обходят клятву крови? — спросила, вспомнив подробности мирного соглашения. — Если не ошибаюсь, после смерти Диего Орвэля император заставил князя вампиров и нового владыку инкубов скрепить договор кровью, и их обещание должно распространяться на всех Детей Тумана и Сыновей Ночи.
— Позже в клятве обнаружилось несколько лазеек, — вздохнул Валентин, — на полукровок и несовершеннолетних магов она действует слабее, поэтому адепты Кровавого рассвета в основном набирают нечистокровных инкубов или вербуют новых агентов ещё детьми, а после запечатывают их клятву с помощью специального ритуала."
"— Сорель — чистокровный инкуб, — задумчиво протянула. — И достаточно древний…
Хоть советник и выглядел максимум на тридцать, его возраст приближался к тысячелетней отметке. Он застал ещё нестабильные, шаткие времена после перемирия, когда ненависть между Сыновьями Ночи и Детьми Тумана была ещё особенно сильна.
— Он невероятно опасен, — продолжил Валентин, — я уверен, что Сорель не просто связан с мятежниками, а стоит во главе Кровавого рассвета. Но его изворотливость и осторожность поражает. Мы с Моник тщательно искали улики, и ничего не нашли! А без доказательств сместить его с должности советника не представлялось возможным.
