4
0Когда они подходили к дому, во дворе особняка горел одинокий фонарь, но сейчас он почему-то был выключен. В темноте девочке никого не было видно. Но мать точно должна быть где-то там.
– Твой брат с тобой? – снова раздался ее голос. – Не засиделись ли вы в гостях? Пора и честь знать! А дома еще поговорим. Я вам устрою… Это ж надо, ушли, не сказав ни слова! Оставили меня одну в такое время.
Только скандала сейчас не хватало!
Наташа выскочила из кухни и побежала к входной двери. Катерина, Игорь и Алекс удивленно посмотрели ей вслед.
– Выходи, дочка! – вдруг донеслось до них. – Будь хорошей девочкой!
Наташа распахнула дверь, ведущую на террасу.
– Нет! – крикнул Алекс, вскакивая с дивана. – Стой, глупая!
Но Наташа его не слушала. Нужно немедленно отправить мать домой, пока она не закатила тут истерику. Этого она не переживет!
Девочка выбежала на лужайку перед домом и… завизжала от ужаса.
Глава двадцать пятая
Одна против миллионов
Перед входом в особняк сидел зорг. Его черная косматая туша почти сливалась с сумраком, царящим во дворе. В красном лунном свете светились лишь жуткие белые глаза да лужица слюны, скопившаяся у его когтистых передних лап.
– Вот она, моя сладкая девочка, – произнес Багратион голосом ее матери. – А что же твои друзья? Они не собираются к нам присоединиться?
Перепуганная Наташа повернулась и бросилась обратно, но невесть откуда взявшийся Пьер преградил ей дорогу. Клементина Уварова вышла из-за широкой спины черного пса и довольно рассмеялась.
Пьер подтолкнул Наташу к зоргу, и девочка едва не упала. Клементина схватила ее за воротник свитера и сильно встряхнула.
– Легковерная дурочка! – сказала она. – Багратион ведь не просто тупая псина. На его родине все знают о коварстве этих лохматых бестий! Они скрываются в лесах, возле деревень и подслушивают имена местных детишек. А потом зовут их, копируя голоса родителей. Детки выходят из домов, и зорги утаскивают их в лесную чащу! Но откуда тебе знать об этом, дурочка?
Тут на террасу выбежали Катерина, Игорь и Алекс. Чего-чего, а этого они никак не ожидали. Ребята в ужасе застыли, глядя на пришельцев из Зерцалии.
– Но как же так? – сквозь слезы спросила Наташа. – Это ведь был голос мамы!
– Дам тебе один совет, – холодно изрекла Клементина. – Поосторожнее с зеркалами, милочка! Когда ты разглядываешь свое отражение и болтаешь при этом с родителями, кто знает, может, кто-то еще следит за тобой? Разглядывает тебя из другого мира, изучает, подслушивает ваш разговор… И запоминает голоса!
Наташа замерла. Слезы ужаса текли по ее щекам.
Клементина схватила ее за шею и, прижав к себе, выставила перед девочкой сверкающую косу. Пьер легко запрыгнул на спину зорга.
